— Герман, Азамат, Герман, не забывай! — Погрозил я ему кулаком. — Не выходим из образа!

— Да брось ты, Гриша! — Всё тем же тоном продолжил Азамат. — Я ведь сейчас к тебе со всей душой, как к старому и проверенному другу обращаюсь, а не к какой-то немчуре!

— Бля, — догадался я. — чо надо-то⁈

— Плетки нарезные, как у Лариона твоего и тебя, ещё у десятника видел, у Степы. Есть ещё, дружище⁈

— Мало!

Ишь ты, глазастый какой! Или, скорее, Ларька простодырый где не надо — успел похвалиться. Для этого времени — супер-пупер, убер-мегадевайс, нарезной ствол, винтовка хоть и дульнозарядная. Зато пулю Минье, тьфу ты, Отто Шнайдера — не надо с усилием забивать в ствол, процесс заряжание по времени как у гладкоствола нынешнего. В отличие от дальности и прицельной стрельбы. Да, чего скрывать — клепали потихоньку, в обстановке строжайшей секретности. О промышленном производстве и не помышлял, как и о том, чтоб технология утекла на сторону.

— Гринь, я ведь иной раз реально по краю хожу, приходится соответствовать, всё-таки бий. — Посерьезнел Азамат. — Люди не поймут, если за чужими спинами буду отсиживаться. А вот с такими винтовками, да в степи — шансов вернуться домой гораздо больше. Да и по тылам уже можно уверенней и нахальней шастать, а, Гринь⁈

— Герман, Азамат, Герман, давай не будем палиться! Короче, пока есть около пятидесяти штук, до лета ещё можем напрячься, десяток или два сделать. Ну ты ведь понимаешь, что никак нельзя протерять ни одного винтаря такого? — Я схватился за голову. — Хотя о чем это я, боевые действия и не потерять ни одной винтовки, да даже если и не потеряете — слухи поползут, опять же пули в жмурах останутся, хоть и деформированные до неузнаваемости…

— А мы никого в живых оставлять не будем, Герман! — Обрадовался Азамат. — Вот те крест!

Вот сразу после этой поездки я и попытался договориться с Ларионом Ивановичем, к сожалению — безуспешно. Теперь голову ломаю, как их свести вместе, и сесть втроем договориться, как взрослые люди. Без помощи тестя как-то несладко приходится, да и с Азамтом следует ещё обсудить многое. Но что имем пока, то имеем — купец обозлился и на контакт не идет, а с Азаматом встречаться тоже пока не спешу. Досиделись в бане, нарвался на серьезный разговор с женой недавно. Ничто ведь не предвещало…

— Герман, скажи только правду! — Не то что в глаза, в душу пристально посмотрела Александра. — Верно, что вы с ним бугры⁈

— А то! — Я расправил плечи. — Он сын бия, я тоже не крестьянин! Ну и сами всего добились, не без помощи, конечно, но ведь сами! Кто, как не бугры!