— Что у тебя с ногой, друже⁈ — Участливо спросил, когда добрались до пышущего жаром раскаленных углей мангала. — Неужели навсегда⁈

— Да не, заживает просто, сухожилия целые. А так — стрела попала, и нет чтоб, сука, насквозь пробить, застряла на половине. А знаешь, что наконечник просто так не выдернешь, представляешь, каким образом пришлось извлекать⁈ Дальше насквозь пришлось проталкивать! У меня не только вся жизнь перед глазами промелькнула, я там словарный запас казаков обогатил!

— Можешь не рассказывать, я сам могу, как мне сложную операцию делали, зуб трудный извлекали! И «макадола» у меня тогда не было! Кстати, тебе же с ним, надеюсь, извлекали всё это?

— С ним, с ним. Но такое себе удовольствие, вроде и сознание задурманивает на пятерочку, и хорошо, но вот как начали эту стрелу пропихивать через ногу — сразу забыл, что героина, тьфу ты, макадола твоего наелся. Блевал потом ещё дальше чем видел, пока не отпустило. Может общий наркоз придумаете, а, для таких случаев?

Ага, и сразу, чтоб два раза не вставать, к общему наркозу ещё центральное отопление, мобильный интернет и электросамокатчиков придумать. Что нам стоит, прогрессорам! Видимо, что-то в моем взгляде Азамат прочел, поэтому примирительно сказал:

— Да это я так, Герман, понимаю что всё и сразу не получится. Как ты тут, кстати, тяжело пришлось?

— Да не то слово! Ты тоже красава, умотал воевать, а тут и училище, и заводы, а больше всего горя я хапнул с учебниками. — Взорвался я. — Азбуку худо-бедно нарисовали, а вот с остальным… Арифметику я как мог, подправил, что понял. Хотя мне самому впору по этому учебнику учиться, тяжело после метрической системы во все вот это вникать. Да надо мной втихаря посмеиваются, что я полуграмотный! То «ер» не туда поставлю, то «ять» забуду, а 'фитой вообще принципиально не пользуюсь!

— Справился же! — Ободрил друг. — Надира писала, что и стекло варят, и ткань начали делать, и бумага своя, молодец! А что смеются, так надо мной тоже. Я вообще не парюсь, пишу как привык, ссылаюсь что башкир, а ты упирай что немчура!. Главное, что понимают. Да они и сами тут всяк во что горазд пишут, так что забей! Ты же не писарь, а начальник, есть кому набело переписать… Не поверишь, я там тоже домой хотел, романтика эта военная вот уже где! Ладно бы воевали, а то всё больше в седле, да под открытым небом ночевать. Герман, горит же, не видишь что-ли, залей!

— Так жир же, давай снимем лучше, пусть прогорит пока.

Так, пока жарили — душевно поговорили, я вывалил на Азамата все свои проблемы, он поделился тяготами, перенесенными в походе. Заодно «обрадовал» его, что выпуск первой газеты пока отложил до его приезда: и материалы согласовать, вдруг он чего вспомнит и подскажет, да по результатам своего похода напишет, и типография еле справляется пока, учебники ещё допечатывают. А девчонки в нетерпении даже посылали человека, узнать, не готово ли мясо.