Интересно, а отчего ни сам орк, ни ротмистр просто не пристрелят гадёныша? Ситуация-то патовая. Вон, в очередной раз почти оттеснённый к стене эльф, ловко парировав удар Митиано, сиганул через стол, разрывая дистанцию, но не попытался свалить, а, обеспечив себе место для манёвра, вновь встал в боевую стойку.

— Митиано! — Не выдержал я. — Какого чёрта ты с ним возишься⁈ У тебя что, патроны кончились?

— Есть ещё! — не оборачиваясь, отозвался тот. — Но лучше так!

Сука! Я тут придавленный и покалеченный лежу, а они игрульки-пятнашки затеяли, дуэлянты хреновы!

Дождавшись, когда эльф, переместится в сторону и не будет скрыт от меня широкой спиной орка, я приподнялся, ухватил уже вновь готовый к бою пистолет обеими руками. И, сложив их для верности на мощную спину Януша, выпустил в ушастого убийцу сразу три пули подряд.

Этого хватило, чтобы уложить не поджидавшего от меня гадости уродца. А он что, думал, я тоже с ним миндальничать буду, позволив решить дело честным поединком? Да пошёл он в пень! Хотел бы жить, давно бы свалил! А так — сам дурак.

— Всё, Митиано, — с чувством выполненного долга откинулся я, вновь опускаясь на пол, — хорош ерундой страдать! Давай, вытаскивай меня из-под этого бегемота!

Физиономия подошедшего орка излучала вселенскую печаль. Ну надо же, отобрали у великовозрастного дитятки любимую игрушку, не дали вволю натешиться да нарезвиться. Ничего, потерпит.

Ухватив труп Януша за шкирку и пояс штанов, орк немного приподнял его, позволяя мне отползти в сторону. Правда делать это пришлось, опираясь лишь на руки, по-идиотски извиваясь и волоча за собой успевшие занеметь ноги.

Еле успел — даже такому силачу, как Митиано, эту тушу на весу долго было не удержать.

Но едва грузное тело вновь шмякнулось об пол, до меня донёсся жуткий утробный стон, сопровождаемый тихим бульканьем. Януш зашевелился, приподнял голову и непонимающе уставился на меня единственным уцелевшим глазом.

Я чуть не обделался! Так и сквозанул бы прочь, но ведь даже встать ещё не успел. Зашкрябал руками и непослушными ногами по полу, стараясь подальше убраться от ожившего мертвеца. Вроде и понимал, что ничего тут сверхъестественного нет, ведь пуля просто не задела мозг бедолаги, но меня словно переклинило, наполнив паникой.

Лишь грохот и яркая вспышка выстрела «Громобоя» привели меня в чувство. В толстяке, да ещё покалеченном, Митиано достойного противника не разглядел и потому без всяких размусоливаний и излишних рефлексий добил подранка выстрелом в затылок.

Кровь и, похоже, ошмётки мозгов брызнули мне в лицо.