Одна из сетей пролетела мимо, а вот еще две накрыли меня с головой. Хорошо хоть, что они явно были рассчитаны на добычу поменьше, и мои ноги остались свободными, правда это нам мало поможет. После срабатывания ловушки, казалось, ожило все болото. Десятки болотников и стрекозлиных наездников, тучи комаров, из земли прямо на моих глазах полезли мелкие болотные змейки и главное три дендроида. Раскачиваясь на своих корнях, они двинули в нашу сторону.

— Чуть больше, чем десяток получилось притащить, — бросил я остолбеневшему Каляну, споро перебираясь через ров, путаясь в сетях и кучах наваленного хвороста. — Пофиг, на тебе дендроиды, огненные стены ставь на валежник, на этой земле огонь гореть не хочет. Эльфы, болотники на вас. Майор, вперед не лезь, держись за Каляном, будешь помогать ему перезаряжать Немезиду. Наконец, содрав с себя чертовы сети, я укрылся за щитом и вовремя: дротики забарабанили по нему градом. В ответ полетели стрелы, выбивая с поля боя первых противников. Загудела тетива Немизиды, и сразу два болотника, насаженные на одно копье отлетели в ближайшую лужу. Огненные стрелы трассерами впивались в летунов на стрекозах, превращая их в коротко живущие пламенеющие болиды. Затем, засевший в задних рядах шаман нашаманил свое колдунство и вырвавшиеся из земли побеги, усеянные колючками, опутали мои ноги, приковывая к одному месту. Ну и ладно, я пока никуда и не собирался идти, а магичить путы мне не мешали. Поэтому я отправил ему ответный подарок, в виде ледяного габота, который вызвав свою фирменную волну, заморозил пару десятков разных тварюшек, чем сагрил на себя большую часть окружающей его мелочи. Шаман, правда, сдаваться не спешил, то ли от того, что имел резист к магии воды, (болотник как никак) то ли, потому что был в два раза выше по уровням чем гобот, но оттаял он быстро. Стряхнувшись как собака, он выхватил корявенький посох, и бросился на габота врукопашную. Тот с благодарностью принял этот подарок судьбы, схватив заверещавшего бедолагу за голову и мотая его из стороны в сторону, будто половую тряпку. Змеи почему-то восприняли это как личную обиду, собираясь со всех окрестностей и бросаясь на обидчика в желании покарать зарвавшуюся тварь. Не доползла ни одна. Рьяно вползая на замороженную землю, они очень скоро затормаживались, а затем и вовсе застывали причудливыми изваяниями. Мне вновь пришлось отключить сообщения об убитых мобах, настолько много их было.

Но, как всегда, все хорошее заканчивается слишком быстро. К врагам на помощь подоспела тяжелая кавалерия в виде взрослого дендроида. Два-три хлестких удара ветвями и гобот взрывается убийственными осколками, забирая с собой с полсотни вражеских созданий. Тут же воздух загудел от разрезавшего его сгустка перегретой плазмы. Фаербол влепился в дендроида, но насыщенная влагой древесина и не думала загораться. Несколько ветвей обуглилось, и на этом весь эффект от файербола закончился. Влепившийся в него второй огненный мяч взорвался с впечатляющим фейерверком, но ситуацию не улучшил.