Буквально уже через мгновение начальник стражи уже мчался к вершине одного из деревьев-гигантов, составляющих Стену вокруг столицы эльфийского царства. Там, в вышине в развилке могучих ветвей, будто серебряное зеркало застыло небольшое озерцо. Эльф опустил руки в воду и воззвал к своей правительнице. Вода затрепетала, и оттуда на него воззрились прекрасные глаза королевы эльфов.

— Что случилось? — Беззвучно произнесли ее губы, но страж понял и стал торопливо докладывать обстановку.

— Подожди, — опять беззвучно проговорила она, — покажи мне.

Страж вздрогнул, но коротко кивнул. Поверхность воды вскипела и из нее поднялась прозрачная проекция королевы, она обтекла тело стража, преобразуя его черты, и через миг на мир смотрели уже глаза, не принадлежащие стражу. Его тело, будто облаченное в белый саван, прошло по ветви к краю стены и воззрилось на то, что происходило внизу.

Разворошенный муравейник — это безжизненная пустыня по сравнению с тем, что творилось под стенами города. Пространство перед Стеной на сотни метров было очищено от других деревьев и все это пространство бурлило и кипело, лопаясь пузырями прорывов. Вот лесные гоблины тащат длиннющие жерди из легковесного бамбука, в концы которых вцепились воины прорыва. Концы бамбука достигают Стены и те, споро перебирая ногами, бегут вверх по стене. Из нее мгновенно начинают прорастать шипы и некоторые гоблины, пронзенные ими насквозь, остаются висеть на стене, но гораздо большее их количество достигает высоты первых ветвей и несется по ним дальше, вступая в схватку с немногочисленными защитниками города. Отряд орков, сойдя в состояние берсерков, бесцельно мечутся по полю. Вот по дороге, словно ожившие восьмиметровые башни, бредут каменные великаны. Один из них хватает мечущегося орка и швыряет прямо наверх стены. Долетает он уже пронзенный двумя стрелами, но это не мешает ему одним рывком своими клыками распороть горло стреляющего в него эльфа. Пещерные тролли, напрягая все силы, волокут деревянный, обшитый сырыми шкурами навес, под которым прячется сотня горных гоблинов, вооруженных топорами и лопатами. Стоит защитному навесу уткнуться в стену, как они немедленно начинают окапывать и подрубать корни ближайшего дерева.

В воздухе мелькнул росчерк, и тело наблюдающего эльфа насквозь пробило копье из баллисты. Страж пошатнулся, но не упал, продолжая наблюдать за врагом чужими глазами.

А обстановка только ухудшалась. Десятилетия подавляющего преимущества над остальными расами лишило правителей осторожности, заставив поставить все на одну карту. Девять из десяти воинов сейчас находились в Великом Походе, который должен был, наконец, избавить эти земли от тех, кто сейчас атаковал ее город. Но они здесь и значит, где-то там непобедимая армия триумвирата потерпела крах, а здесь защитников слишком мало что бы сдержать нападающих. Те буквально за полчаса из принесенных с собой бревен сложили наклонный пандус ведущий прямиком к защитникам стены, и первые гоблины уже карабкались по нему наверх. Десяток эльфов охраны, последний резерв защитников пока довольно успешно снимали их из луков, но вот подлетевший к ним нетопырь, вдруг превращается в облачко дыма, из которого образуется фигура высшего вампира. Клинки сочащихся ядом кинжалов расплываются в воздухе от стремительных движений и атакованные со спины лучники валятся вниз безжизненными телами.