А дальше численность, расположение и так далее. Синица отвечал коротко, по существу, вроде бы не юлил. Но проверим. Минут тридцать его допрашивал.

Настала моя очередь говорить.

— Так вот, ваш Леха на все тяжкие решил пойти. И тиснуть завтра из общака какую хрень, название не помню, или на «х» или на «ф», а может и на «г» или «б», реально не до того было, чтобы всякое дерьмо запоминать. Да, и неинтересно…

Мы всегда верим в то, до чего дойдем сами, а не то, что нам преподносят на блюдечке с голубой каемочкой. А теперь додумай Синица, что мог тот поганец своровать ценного.

— Хран! Хран он решил ломануть, паскуда. И доступ у него имеется, в доверие к нашему Старшему втерся! Вот ведь сука-то, а-а! — хантер даже задергался возбужденно от вероломства товарища. Не обманул моих ожиданий. Интеллект есть — выводы сделал. Маладца!

— Так вот, затем он решил ломануть куда-то на юга или севера…

— На юга, на юга! На северах никого нет, там ад, всякой живности шо писец, так еще и от технохрени не продохнуть, — протянул хантер, и плюнул из такого положения в сердцах, — Вот ведь мразота! С Черными снюхался! Я всегда говорил, что гнилой он! А последний раз с ними, чисто, как с корешами языками чесал. Но только нахрена ему это надо? Он ведь неплохо устроился, поднялся, почти в авторитете… Или понял, что Петровича не удастся свалить? За ним ведь сила реальная. Дела…

— Нет, не угадал, там другое. Он с каким-то Френком шуры-муры крутил, но не срослось.

И как легко мы верим во все грязное в душах других.

— Вот ведь сука, а-а! Не, ну какая же он сука! Недавно Глока в больничку отправил, тот из этой голубой банды. С Френком все терся. «Я пидоров не люблю, пидаров не люблю!», — довольно похоже на голос Лехи, передразнил Синица, — А сам дырявый! Из ревности его подлечил! Ух, мляяя….

Я только плечами пожал, жизненные коллизии они такие — непредсказуемые.

— Слушай, муж… — вовремя спохватился, вспомнив пинок, — Слушай, Лютый, вижу ты — человек, по понятиям живешь. Спрашивай скорее, что надо, задавай свои вопросы и на респ меня, на респ! Иначе уйдет ведь паскуда, у него нюх волчий. Понимаю — не так знакомство начали, но и ты пойми — крыс давить надо! Нет, какой он… — дальше последовала непереводимая игра слов.

Раз сам пациент готов, то вопросы последовали. Через сорок минут, поняв, что больше не знаю, о чем еще спросить, а информация лилась потоком, вздохнул горестно, хантер посмотрел на меня внимательно и недоуменно, я поделился наболевшим:

— Ты знаешь, Синица, ведь хотел сначала к нормальным прибиться, типа вас, а этот ваш Леха, как начал гнилые расклады расписывать, я думаю нахрен мне этот пидорский уголок… Кстати, он еще бабу и мужика — снайперов ввалил по полной программе, засаду описал. Я к ним сунулся, хотел поговорить, все выяснить, кричу: «Босота, давай за жизнь потрещим!». Они же: «Мы тебе кишки намотаем!». Ничего не слушали, палили, орали, пришлось их грохнуть. Контуженные на всю башку, вот я и подумал, ну его нахрен с такими дело иметь. Выбор небогатый или отморзки, или гомосеки.