— Лютый, да нормально у нас все! — принялся с жаром разубеждать тот меня, — В любом стаде есть паршивая овца.

— Что-то дохрена паршивых, — не согласился я, а в голосе печаль и тоска, — Из шестерых только двух пока нормальных встретил, тебя и Кучерявого, красиво работали, — подсластил пилюлю я. Зачем? Да, понравилось мне просто играть эту роль. Полна трагизма и разочарования за собратьев по ремеслу, как Байрон, но только с русскую душой. Так вроде?

— Мужик такой интеллигент типа, не матерится, а баба жирная брюнетка? Так?

— Ага, они.

— Это отморозь бледная! Лютый, реально тебе не повезло, встретил всю гниль! Не, все Петровичу накидаю, таких людей теряем! Таких людей! — вполне искренне пожалел Синица, забыл уже, что не далее, как полтора — два часа назад, он собирался грохать «таких людей» до обнуления.

— И еще, понравился ты мне, при других раскладах к себе бы взял, сейчас свое ОПГ буду организовывать, — поделлился планами на будущее, и такая грубая лесть, но сработала, зарделся весь хантер, улыбнулся открыто, — Да и сам к вам пошел бы, но уже прописался в поселковом реплике. Так вот, Синица, слушай сюда. Леху спрашивайте жестко, уж, на что я спец, но даже у меня поплыл не сразу. Намучился, весь в крови и кишках, уляпался с ног до головы, только потом заговорил про реальные расклады. В общем, смотрите — начинает сознание терять, подлечили и снова на разделку. Слушать или не слушать всякие — «это не я», дело ваше. Но я бы не верил. И повторять процедуру, до тех пор, пока не заговорит. Он очень упорный. И, как возродишься, только к главному, никому другому не рассказывай. Там такая сеть гнилая у вас раскинулась, говорить ничего не буду, так как боюсь в погонялах ошибиться, нормальных пацанов подставить. Но человек двадцать минимум замарались. Он перечислял, но я не запомнил.

— Есть у нас спецы, есть! — глаза бандита сверкнули лихорадочным огнем, уверен, он уже представил себя правой рукой босса, — Но еще Петровича попрошу, и лично буду наблюдать, мало ли… А то вдруг и с Глазом в сговоре, не удивлюсь! — заверил меня бандит, помолчал и добавил, — И спасибо тебе, Лютый! На нас зла не держи, реально попутали.

Я расторгался почти до слез. Вот как надо работать!

Обдираешь, убиваешь, а тебе «спасибо» говорят. И благодарны искренне, от всей души, если таковая у этой мрази имелась.

— Ну, готов?

Тот закивал.

Ваше желание для нас закон.

На выдохе загнал ему иглу в глаз.

Меньше крови, да и одежда мне понравилась и нужна. И у сапог размерчик подходящий, как говорил мой дед, прошедший Великую Отечественную в пехоте от Сталинграда до Берлина: «самые теплые и удобные сапоги, снятые тобой с врага». Алексею же, привет пламенный! Может и не тронут, но скорее так кишки начнут наматывать, сам все «расскажет». Во всем сознается. И в любом случае смуту посеял, и гаденькие мыслишки в мозги этих прокаженных поселил.