Тут-то и задумался. Это куда я прыгнул?

Так, пораженческие мысли прочь!

Трофеи, куча трофеев, ох, вы ж мои красивые!

К черту! Дойдем…

Стоп!

Собственно, а зачем тянуть-то?

Дом размородерен, место укромное.

Поэтому едва те оделись, как я активировал все усиления, скрыт. И…

Игла ежа вошла в затылок брюнета, как в масло. Легко пробила кость и мозг. Кучерявый сам не понял, как умер.

Чпок и на респе!

Второй не успевал за развитием событий, мощных хуком, боясь сломать шею, я отправил его на пол. Добавил от всей души пинок в живот, стараясь не угодить по ребрам. Сломаю, заталокаю в легкие и почти до свидания!

Вроде в отрубе!

Сорвал кибердоктор, еще подлечит не вовремя.

Залломил ему, практически без всякого сопротивления, с хрустом костей, руки за спину, два пластиковых хомута, веревка! Ноги так же!

Еще опутать их, и на ласточку его! Суку.

А не убил ли я его?

Пульс?

Есть! Есть пульс!

Подождал, когда откатятся усиления, готовый активировать их в любой момент и окончательно успокоить бандита, начла поливать его водой. Минут пять тот лежал без движения, а затем сдавленно застонал. Я пнул его в бок, для полного просветления. Тот выпучил глаза, пытаясь понять где он находится.

— Рассказывай, — присел на корточки рядом, когда взгляд пленного стал более или менее осмысленный, надевая очки и включая запись. Душегуб быстро сориентировался, и сразу распальцовку устроил:

— Да, ты, вообще, знаешь…

Потянул вверх веревку, соединяющую путы на руках и ногах. Тот не смог сдержать стон, но правильно понял посыл — заткнулся.

— Я все знаю. Ты Синица, тот Кучерявый, — ткнул иглой в труп. Сложно перепутать, учитывая, что один брюнет, второй чем-то действительно на эту птицу похож, — Под Петровичем ходите. Поэтому своими дешевыми понтами лохов будешь разводить. В общем так, могу обрадовать, ты будешь жить достаточно долго, не скажу, что счастливо. Проклянешь все, сам о смерти молить будешь. Твои на выручку не явятся. От вас далеко и слишком близко от Поселка. И еще, в заплечных делах — я профи. Настоящий, — кивнул сам себе, подтверждая сказанное, — Учитывай, что в свое время у Седого по этому профилю работал, четыре года, как с куста, — спокойно заверил того, продемонстрировав четыре пальца. И улыбнулся одними губами, глядя в бегающие глаза.

Бандит сглотнул. Видимо воображение отчетливо нарисовало, что могу с ним сделать. Учитывая же богатый жизненный опыт, картины были далеко не радостными. Есть вещи и похуже смерти.

— А кто такой Седой? — просипел тот.

— Нет, вы ваще фишку не сечете, фраера! Откуда только такие? Не знать Седого… да он полмосквы и семь регионов под себя подмял! А ты, кто такой Седой? — передразнил я.