— Сделаю, — посерьезнел тот.
— И вот чтобы у нас все это было, и в елочку, в лапу, а я подозреваю, что кроме, как у нашего клана, ни у кого нет собственного квартала, так?
— Так, — кивнул зам.
— Вот поэтому мне и нужно сейчас пахать, как тому рабу на галерах.
— Скажешь тоже, — Саня улыбнулся.
— Завтра еще Хикари с ее людьми на испытательный срок примешь, группа разведчиков-токийцев — трое, еще несколько пятерок и нулевки. За нулевками следи, уровень пусть пока не поднимают. На сбор ресурсов всех, кто пока не при деле, пять домашних репликаторов я отдал Добрынину, решите сами, где лучше всего расположить жилые модули, как и кафе. Затем к Главному, он все сделает. Потом расселение сделаю, прибудут еще люди.
— Понял, но это еще не главное, босс.
— Говори, не тяни кота за причинное место.
— У нас большие проблемы…
1
Толпа из восемнадцати человек, возглавляемая сутулым усачом в легкой хантеровской броне, встретила меня практически на пороге дома. Я машинально отметил, время — ровно восемь. Настроены агрессивно, от них будто исходили флюиды злобы и ненависти, смотрели с ней же. Шесть женщин, остальные мужчины. Местные активисты-затейники. В целом, практически без доспехов и вооружения не видно. Зато плакат имелся у одного в руках, на нем довольно похоже и умело кто-то изобразил меня на фоне разрушенного небоскреба, плачущих детей, летящих сверху на них бомб, отчего-то с нацистскими крестами. Бионика из низшей аристократии с автоматом МР-40, протягивающего пачку долларов, кою я с кривой и злобной усмешкой принимал. Народное творчество в деле, мать его так, эту бы энергию да в мирное русло. Нет нарисовать мутаген или банку с опытом, навык, наконец. Вечнозеленые сейчас даже на подтирку не годились, формат неудобный, как и бумага. Стереотипность творческого мышления в деле. Транспаранты: «Предатели, прочь из Надежды!», «Киллхантер — убийца наших детей!», «Наших ублюдков тошнит»…
Вот и отлично, самому никого искать никого не пришлось. Ровно, как в той поговорке, на ловца и зверь бежал. Уровень демонстрантов от нуля до трех, у некоторых пройдена первая модернизация, но в целом — серая масса, которая завидев меня, в лучших традициях двадцатых годов XXI века принялась выкрикивать какие-то лозунги, мол, нет места инопланетным ублюдкам на нашей Земле-матушке, «продажная тварь», «покайся, побойся»… Обычное дерьмо.
Так бионики и техносы вас и спросили, есть для них место или нет.
Ага, ага.
Отметил и товарища Осипова, который с двумя амбалами, водившими меня на прием к главному в первый день присутствия в Надежде, курил, что называлось в сторонке, но морда хитрая-хитрая и ехидная. И глазки поблескивали, как и лысына в лучах начинающего подниматься солнца. Помощник. Еще бы соплями обмазался. Его сопровождающие явно нервничали, и на лицах читалось желание не напасть на меня, а навести порядок, собственно, выполнить свою работу.