Сжимает грудь, потом горло. Заставляет смотреть на нас. Снова и снова.
Поцелуи невнятные, а потом снова дикие. На шее, скулах, подбородке…
- Ты моя жена, Наташа. Единственная. Всегда это знал. И боялся себе признаться… У тебя еще есть вопросы? - каждое слово - отпечатком плоти.
Диким экстазом. Молниями перед глазами.
Я растворяюсь в его толчках и жадности. Отдаюсь покорности.
Впервые реально отпускаю.
И улетаю.
Так громко и так теряя грань реальности, что сама не замечаю, как мы оказываемся на полу. В объятиях.
Моего безымянного пальца касается холодный металл.
Концентрирую взгляд.
Красивое кольцо. Старинное.
- Это бабушкино, Наташа.. Она его не отдала моей матери в свое время, а тебе отдала. Я попросил его для тебя. Хочу, чтобы ты носила кольцо моего рода…
Внутри что - то прорывает. Как плотину, как цунами… Я прыскаю слезами и впечатываю свое лицо в его грудь.
Обнимаю и понимаю - если бы он это не сказал, если бы не предложил, я бы… наверное, у меня бы сердце остановилось…
Мрак в комнате уже не враждебный. Он окутывает, опоясывает, ласкает.
Мы гладим друг друга.
Гладим, а потом снова сходим с ума. Снова и снова…
Я не считаю разы нашей близости. Я не считаю, сколько времени провели вместе.
Усмехаюсь, когда Заур подходит со знанием дела к двери, быстро ее открывает, забирая поднос со свежеприготовленной едой, заносит его и снова нас запирает, отгораживая от всего мира.
Дальновидная бабуля…
Это ведь она знала изначально, что будет… Дала нам время все утрясти, во всем признаться…
Кормит меня с рук. А я его.
Вот так и лежим. Измазанные сладким и крошками… Счастливые…
Волосы невольно прилипают к груди, которую он минуту назад извазюкал губами в меду.
- Блин, - ворчу я деланно, - я в душ. Сейчас все слипнется…
- Все не надо, - хохочет он, - определенные части твоего тела только разлепили, чтобы «слипать» их снова.
- Пошляк ужасный, - поднимаюсь голой, хихикая над глупостью, как все безнадежно влюбленные, откидывая волосы назад и окидывая его взглядом через плечо.
Между нами опять искрит.
Уже понимаю, что мой вид голый сзади его снова триггернул.
Заур моментально становится напряженным, горячим, темным.
- Стой.. - приказ в спину разлетается по комнате и рикошетит иголками по моей коже.
Я вхожу во вкус этих игр.
Мне не только страшно уже. Мне хочется.
Замираю. Он садится на край кровати, слегка расставляет ноги, нагло голый.
Подойди к комоду, - снова приказ. Теперь уже мурашки нервно бегут по коже. Нервно и в предвкушении.
Молниеносно оказывается рядом. И не скажешь ведь, что всего ничего назад был ранен.