Может и с матерью так. Может она и правда так сильно обожглась.
Но только это не отменяет того, что я другая...
- Мам... - говорю я твердо, переставая гипнотизировать белую стену, - реши по чести и совести все свои договоренности с Зауром. Прошу тебя по - человечески. Мы обе теперь знаем, что тебе ничего не угрожает и никто тебя никуда не посадит, что те приставы были ряжеными. У тебя есть квартира в республике, есть его подарки и сбережения. Вот этим и распоряжайся.
Продай ее, купи в Москве, если хочешь... Не мне тебе советовать, потому что я к твоему добру не хочу иметь никакого отношения, но все то, что ты выцыганила у Заура за меня, верни. Я больше ни о чем тебя не попрошу.
Только об этом. Просто если ты правда любишь, сделай так. И я сейчас не как дурочка недальновидная говорю. Наоборот, очень даже дальновидно. Я не хочу, чтобы этот человек ко мне как в вещи относился, как к дешевке. А наличие всех этих купленных за его счет благ только на такие мысли и наталкивает. Верни. Будь достойнее. Ренат ведь может смотрит на тебя сверху и просто в шоке от того, кого реально любил...
- Опять любовь... - недовольно фырчит она, - что ты заладила про эту свою любовь?! Дура ты, Наташка! И не говори мне только, что ты в этого Заура влюбилась! Это вообще буде полный швахт тогда! Уж лучше тогда беги от него и строй свою жизнь сама!
- Пока, мам. Не хочу больше с тобой говорить и в твоих советах тоже больше не нуждаюсь.
Кладу трубку, не дожидаясь ее реакции.
Устала. На виски сильно давит.
Надо лечь спать, хоть немного выдохнуть. У меня к третьей паре сегодня в институт - лекцию поставили для всех магистрантов консультационную.
Заснуть все - таки получается. Чисто физически меня вырубает.
А когда встаю и начинаю потихоньку собирать себя по кусочкам, чтобы поехать в универ, вижу на телефоне странное сообщение...
Идрис Кадиров стоит на пороге, спокойно и уверенно глядя прямо на меня.
Мужчина, который одним своим появлением вселяет страх в сердца людей. Тот, чья болезненная одержимость делает меня изгоем в собственной семье. И теперь он пришёл за тем, что считает своим по праву.
За мной.
- Здравствуйте, Ирина Идрисовна, - произношу слегка растерянно. Мне всегда давалось тяжело переходить с преподавателями на более короткую ногу - потому и учиться всегда предпочитала и сама, не задабривая учительский состав подарочками, чтобы было легче, как всегда учил дядя Ренат. Все потому, что даже подарить этот самый подарочек - перешагнуть черту, уйти в какую - то большую неформальность было несоизмеримо сложно.