— Погоди. Час времени. Ты почему не в школе?

Джейсон ждал и боялся этого вопроса: он так и не придумал, что на него отвечать. Появился отец.

— Хэй, Джейсон. Как жизнь, приятель? Как успеваемость? — он тоже витал где-то в других мирах.

Далась ему эта успеваемость. Такая же, как вчера!

— Погоди, — как в водевиле, отец почти дословно повторил за матерью. — Разве ты не должен быть в школе?

Оба смотрели на него в ожидании ответа. Сердце Джейсона похолодело. Как сказать им, что его отчислили? Они не поймут…

— Хмм. Я должен вам кое-что сказать.

Его трясло. Где тот анестезирующий холод из игры? Здесь он был беззащитен.

Гори огнем! Сорву пластырь одним рывком!

— Вчера в школе на меня набросился один парень. В драке обвинили меня, другие школьники сказали, что это я начал. Администрация меня отстранила от занятий, а я послал директора, потому что он мне не поверил. Меня отчислили, — выпалил Джейсон, не переводя дыхания и глядя в пол.

Последовало долгое молчание. Джейсон не смел поднять глаз.

— Отчислили? — отец очнулся первым. — Ты шутишь.

— Ты знаешь, во что нам обошлась эта школа? — приняла эстафету мать. — Даже с учетом твоей стипендии мы выложили кучу денег, чтобы ты пошел в «Ричмонд»! Почему ты нам не позвонил?

— Ладно, — отец мерил кухню шагами. — Поговорю с новым директором. Попрошу отменить отчисление. Он должен понять, что это просто подростковая глупость.

Родители принялись пререкаться по поводу того, каким образом надо действовать, чтобы вернуть Джейсона в школу. Он был потрясен. Ни один из них не заинтересовался видом его лица, никто не спросил про нападение. Единственное, что их интересовало, — как запихнуть его обратно…

Огонек злости начал разгораться в его душе. Им на него наплевать. Наплевать на то, что на него напали и что другие школьники встали на сторону нападавшего. Им главное — иметь возможность по-прежнему говорить, что их сын ходит в «Ричмонд».

Если сидеть и молчать, то они в конце концов найдут решение, как вернуть его в школу. Они же очень толковые юристы. Но «Пробуждение» уже успело научить его одной вещи: всегда есть выбор. Можно сидеть и терпеть, а можно встать и сказать нет .

— Я не вернусь, — тихо произнес Джейсон.

Родители, поглощенные спором, даже не услышали.

— Я не вернусь! — громко повторил он.

На этот раз они услышали.

— Все время, пока я там был, надо мной издевались. Даже учителя там настроены против меня. Но главное — напали на меня и меня же за это отчислили!

— Ты вернешься, юноша! — твердо сказал отец. — Мы из кожи вылезли, чтобы тебя туда пристроить. Думаешь, стипендия сама с неба свалилась? Будь, наконец, мужчиной! Что такое какие-то дурацкие насмешки и даже пара синяков, когда речь идет о твоем будущем?