Между тем рослый техник отставил кружку, вынул из-под стола замысловатый струнный инструмент, примерился и взял звонкий аккорд. Гости сразу умолкли и придвинулись к столу. Очередная поздравительная речь — автору ее стоило проявить воздержанность где-то после третьего стакана — оборвалась на полуслове. Техник о чем-то пошептался с соседом, доставшим флейту, и вдвоем они уверенно и складно заиграли старинную балладу о трагической любви разбойницы и храброго капитана гвардии. От слезливых кабацких песен Ресселу делалось нехорошо — совсем не похожий на отца, он, тем не менее, перенял от него некоторый снобизм и считал себя выше того, чтобы всерьез сопереживать героям подобных историй. Кроме того, Джон знал, что в финале и капитан, и разбойница погибнут по собственной глупости. Впрочем, собравшиеся за столом не были требовательны к сюжету и в дружном согласии пропели все шестнадцать куплетов. Но вот прозвучали последние слова о несчастных влюбленных, и кто-то заметил, что начинать с грустных песен — плохая примета. Гости одобрительно зашумели. Еще несколько человек достали музыкальные инструменты, и возникший на основе дуэта ансамбль грянул быструю веселую мелодию.

— Давно бы так! — закричали со всех сторон.

Открывать танцевальный вечер, который, строго говоря, не был вечером, полагалось новобрачным, и Анна, смеясь, потащила растерянного Линдена из-за стола. Партнер из него был так себе: он постоянно ошибался, вслух подсчитывал шаги и в итоге заявил, что управлять кораблем гораздо проще. Наблюдая за ними, Рессел не смог удержаться от улыбки. На площадь у дворца одна за другой выходили пары. Техник с флейтой бросил игру и церемонно поклонился смешливой девушке в рабочем комбинезоне. Петер лихо отплясывал со своей новой знакомой, то и дело наступая ей на ноги. Директор Нуба протянула руку метеорологу, и тот в смущении последовал за ней. Заведующий складами кружился со своей величественной супругой и выглядел таким же скучным и сонным, как и тогда, когда принимал отчеты о размещении грузов. Горстка молодежи организовала хоровод и затягивала в него всех, кто не обзавелся парой.

Незнакомая светловолосая девушка в расшитой звездами блузе робко тронула Рессела за плечо.

— Почему вы сидите один? Пойдемте тоже танцевать, — предложила она.

Джон качнул головой.

— Благодарю вас, но… — он показал на свое колено и неловко улыбнулся. — Простите. Мне очень жаль.

Итху пришел к нему на помощь и деликатно пояснил:

— Ничего не попишешь, старая рана.

Юный пилот катера — до сей поры он интересовался одними сладостями — быстро дожевал пирожное, вытер пальцы о штаны и возник рядом с девушкой.