— Пойдём порисуем, — предложила Анна после угощения. — Что скажешь, то и нарисую, за 5 минут. Хочешь, поспорим на шоколадку?

Арина подумала, что, может быть, спорить-то и не стоит, она знала, что у маман был большой талант, но всё-таки… Почему бы не сделать приятный подарок ребёнку в виде шоколадки. Тем более, Арине сразу пришла мысль, что можно рисовать не какие-то абстрактные финтифлюшки, а озадачить Аньку вполне реальным и серьёзным делом. Например, поручить ей нарисовать эскизы будущих платьев.

В комнате Аньки царил привычный ей бедлам. Одежда как попало разбросана на кровати и на стуле, книги и тетради лежат невообразимыми стопками на столе. Те книги, что на полке, стоят кое-как: которые корешками, а которые и страницами вперёд. Для Аньки книга не имела никакого назначения — сунула как попало и забыла. Рядом с окном стоял привычный мольберт, на котором нарисован красивый пейзаж. Тайга, горы, небольшая река посередине, текущая от хребта. При этом складывалось странное ощущение, как будто на правом берегу этой бурной порожистой речки с торчащими камнями из воды, сидит в кустах то ли медведь, то ли какой-то другой хищный зверь. Это сразу и вполне отчётливо бросалось в глаза, да что там бросалось… Взгляд сразу неведомо каким образом натыкался на это место картины. При этом казалось, словно зверь таится, скрадывает кого-то, несмотря на то, что поблизости ничего и никого нет. И это вызывало странную тревогу от этой картины. Вот кто там сидит, зачем и почему? Кажется, что даже в темноте под листьями светится зелёный глаз. Вдруг он… Скрадывает того, кто смотрит на картину???

— Что это? — с интересом спросила Арина, показав пальцем в это место. Странно, но эту картину Арина не видела в своём времени, хотя она явно достойна быть в лучших коллекциях мира. Картина тревожила, будила эмоции. Она вызывал желание… не смотреть на неё, но в тоже время взгляд невольно притягивался к ней снова и снова. Мистика какая-то!

— Ха-ха-ха! — рассмеялась Анька. — А это секретик! Открытый домысел, скажем так. Пусть каждый подумает в меру своей распущенности. Там может быть какой-нибудь дикий человек, медведь, а может быть, вообще никого нет, это лишь игра света и тени.

— Ты знаешь, Анна, — помолчав, сказала Арина, — у тебя огромный талант. Реально, ты рисуешь очень прекрасно и умеешь передать не только цвет и тень, но и чувства. Твои картины очень хорошие, вызывают эмоции.

— Спасибо, Люсечка, спасибо, сколько похвалы… — растаяла Анька и прижалась к Арине, обняв её. — Я очень рада, что тебе нравится моя мазня.