Впереди вышагивала Анжелика, царственная, с подносом в руках. За ней Диана-Водяра, тихая и текучая, платье из лилий распустило лепестки от любопытства.

Анжелика открыла рот. Я видел по её лицу, что там заготовлена язвительная тирада минуты на три, с экскурсами в родословную Мелкой и оргвыводами.

Потом она посмотрела на светящийся живот. И тирада умерла, не родившись.

Потому что до Огонька дошло. Мелкая, вредная белобрысая заноза, фактически спасла её. Взяла на себя ребенка ненавистной Софьи, избавила от необходимости жить с медсестрой под одной крышей и приняла удар в собственный живот. Буквально.

Анжелика поджала губы, помолчала. Потом поставила поднос на тумбочку жестом императрицы, вручающей орден.

— Иллириэль будет приносить тебе еду трижды в день, — объявила она. — Стейки из мраморной говядины, печень трески, гранаты. Я уже распорядилась. Наследник Клана не должен питаться мусором вроде пиццы.

Повисла пауза. Мелкая медленно побледнела, что для нее отдельное достижение.

— В смысле… без пиццы?

— В прямом.

— Совсем⁈

— Совсем.

— А зачем тогда вообще жить⁈ — Мелкая схватилась за живот, как за последний аргумент. — Ярик! Скажи им! Это нарушение… э-э-э… всего! Пункт про черешню подразумевал и пиццу, это же очевидно!

— Ничего он не подразумевал.

— Предатель! Оба предатели! Все предатели!

Водяра тем временем присела на край кровати, плавно, как приливная волна.

— На самом деле это не так страшно, — сказала она своим тихим певучим голосом. — Маменька говорила, первые месяцы самые сложные. Меня, например, тошнило от запаха металла, а Анжелику от…

— От глупых вопросов, — отрезала Анжелика. — Главное — следи за температурой Ядра… Желудка в твоём случае. Первенец в тебе устроит жару, помяни мое слово. А еще важно правильно дышать. Мы покажем упражнения.

— И брошюры есть, — кивнула Водяра. — «Мама и магический малыш». Очень полезные. Я принесу.

Мелкая переводила взгляд с одной жены на другую с растущим ужасом.

— Стоп. СТОП! Вы что творите? Я не беременна! Я просто… я просто проглотила сейф! С родственником! Это временное хранение, депозитная ячейка! Уберите от меня брошюры про материнство!

— В депозитных ячейках не пинаются, — мягко заметила Водяра.

— Мой пинается! Он бракованный! Претензии к производителю! — Мелкая ткнула в меня пальцем. — Вон он стоит!

Я решил, что производителю пора срочно на выход.

Во дворе меня ждал Игорек.

Гигантский баобаб Бездны занимал полдвора, шевелил ветвями без всякого ветра и выглядел, как всегда, философски. Я обещал его допросить еще вчера. Свидетель он был единственный: в ночь побега Софьи не спало в Логове только это дерево.