Далее… Скоро поправится Анна Юльевна. Уже вместе с ней вы согласуете всю учебную программу для остальных кафедр. Ну и для Лингвистов тоже, только с учётом их предстоящих задач. То есть ты выступишь больше в роли координатора различных учебных направлений, а не генератора учительских идей.

Алтайская Ведьма умеет влезать в чужие головы. Но почему-то не хочет эту свою способность применять на студентах.

— Мне кажется, — пояснил я, — что пытается дистанцироваться по иной причине. Хочет проверить меня в различных условиях. Специально нагрузила, чтобы понять сильные и слабые стороны «тёмной лошадки» Булатова.

— Родион, а ты сам напряги княгиню, не спрашивая её желания. Я уверена, что она заартачится, но ты умеешь быть убедительным и на всякие титулы тебе плевать с высокой колокольни. Поставь перед фактом и на этом всё.

Таким образом, проблема с Академией отпадёт. Останется лишь иная важная забота — криминальный мир. Думаю, что с ним я действительно смогу помочь. Но мне уже сейчас необходим доступ ко всему архиву Мозельского. Нужно ещё до мнимой смерти графа выявить все уязвимые точки не только у нас, но и у людей Тёмного Князя.

И начнём, не привлекая к себе особого внимания Мозельского, уже сейчас выстраивать нужную нам систему подчинения. Для этого, как бы случайно, уберём всех проблемных главарей у нас и создадим для остальных такие условия, при которых им будет очень невыгодно, а порой и опасно уходить из-под твоей руки.

— Думаешь, нужно слегонца столкнуть их лбами с теневыми бойцами императора?

— Да, Родион. Тем самым мы для наших сильных банд отрежем возможность переметнуться на сторону конкурентов. Но насколько такое возможно, я могу сказать лишь после изучения архива Мозельского. Пока что это вилами по воде писано.

— Уверен, Вера, что возможности будут. Вот видишь! А ты буквально недавно горевала, что твои способности не пригодятся. Ты кушай пирожное, кушай! Глядишь, ещё какая светлая мысль в твою прекрасную головушку придёт!

— Не сейчас, Родя, — вздохнула девушка. — Виски от перенапряжения ломить стало. Я теперь в думательном плане пару часов бесполезна буду.

— Может, в другом плане пригодишься? — взглядом показал я в сторону спальни.

— Пригожусь, но только себе. Извини, нужно вздремнуть немного. Перезагрузить мозг.

— Вот он — самый поганый побочный эффект твоего Дара, — преувеличенно вздохнул я. — Ещё даже не жена, а голова уже болит. Вера, ты давай поменьше думай, а то ведь вся совместная жизнь к чертям собачьим провалится. В конце концов, это мужик должен быть головой, а баба — шеей. Не порти установки, созданные эволюцией.