— Но и следствия никакого не будет, — возразил я. — Всё тихо заглохнет на изначальном этапе.

— Верно, — кивнул Аничков. — Только перед предъявлением обвинений в газетах на всю Россию поднимется настоящая шумиха.

— С какого ляда ей подниматься?

— Потому что одномоментно в столице произойдёт несколько задержаний крупных чинов. Бумаг на многих и у меня, и полковника столько, что можно ими все тротуары Петербурга покрыть. Продажные сволочи, чувствуя свою безнаказанность, даже не пытаются скрывать свои махинации. Действуют почти официально.

Задержание проведут честные стражи порядка. Выберем из достаточно незначительных фигур, не выше капитанов в звании. За такое самоуправство их, конечно, по головке не погладят. Но убивать не станут, так как нет никакой необходимости поднимать лишнюю шумиху. Просто уволят, попытавшись перед этим основательно очернить и представить в образе тупых солдафонов.

— Пусть увольняют, — хмыкнул Краснов. — Надёжные парни без работы не останутся. Всех пристроим. Но массовые аресты нельзя спрятать от общественности. Чтобы реабилитировать перед обществом своих подельников, Павел Четвёртый обязательно устроит судебные процессы, на которых все доказательства вины разнесут в пух и прах.

Проблема для императора в том, что необходимо будет расследовать каждый эпизод. Пока коррумпированные чины будут под подозрением, на время судебного фарса их обязательно отстранят от должностей. От подобных перестановок начнётся определённый хаос во всех государственных ведомствах, который мы с удовольствием тайно поддержим. Из-за этого многие нити управления Тёмный Князь потеряет. Ну и после оправдания своих людей тоже не сразу наведёт необходимый ему порядок. Мы с князем Аничковым уверены, что до Великого Размытия государственная машина, подконтрольная императору, будет сильно буксовать. Так что выигрыш в не менее важной «бумажной битве» будет на нашей стороне.

— Получается, что Павел уже потерял контроль над низами, — всё понял я. — Бандформирования и всякие революционеры уже обескровлены нами. А вы сделаете так, чтобы и верхи стали неподконтрольны императору. Хотя бы частично. Картина приятная вырисовывается.

— Очень приятная, — улыбнулся Хаванский, уже привычным жестом дворника почёсывая свою бороду. — Благодаря такому раскладу все основные людские силы будут направлены не на внутреннего врага, а на устранения полчищ Преисподней. Но я считаю, что, как правильно охарактеризовал господин Краснов, «бумажную войну» необходимо начинать прямо сейчас. Несколько недель уйдёт на её подготовку, а ближе к лету развернёмся.