— Они не мои рабы. Так — лишь своеобразное наследство, — бесстрастно ответил я. Но при этом внимательно наблюдал за драконом. Смотрел в глаза. Но удерживал внимание на всём его теле, которое было в моём зрительном фокусе. Потому что любое лишнее движение будет свидетельствовать о начавшейся атаке.

Он рыкнул… но, кажется, это была усмешка.

— Будь ты их воспитателем, я бы посчитал тебя ничтожеством. Не справится с толпой бесов только абсолютный червь, — он погрузил когти передних лап в скалистую породу, дробя камни. — Ты пока похож на него только внешне, — и засмеялся. — Внутри ты не так уж жалок. Я вижу это по твоим глазам.

Я не клюнул на его провокацию. Только улыбнулся краем губ.

— Интересно, а что настолько «великое существо» забыло в этом заброшенном мире?

— Не твоё дело задавать мне вопросы. Ты займёшься другим. Мне нужен раб, чьи предки создали здесь кузню. Ты подойдёшь.

— Даже так? — я засмеялся.

Вот это ему не понравилось.

Резко взмахнул его хвост. Сокрушительным ударом он разнёс стоящую рядом скалу, обрушивая на меня дождь из сотен каменных осколков.

Несерьёзно.

«Скачком» я оказался за стоящим рядом валуном, который прикрыл меня от драконьей атаки. Оттуда же я крикнул ему, с лёгкой насмешкой:

— У тебя дурные манеры. О помощи просят иначе. Впрочем, с таких как ты и спрос невелик. Но я вижу, что тебе очень уж надо в эту «кузню», — да и мне, судя по всему, тоже. Если предки Руслана сделали тут какую-то кузню, значит у неё есть назначение. И она, очевидно, связана с этим самым белым металлом, над моей рукой.

— Певрородные не просят, — прогремел дракон на всю округу. Ах, да, драконы искренне считали себя первой разумной расой. В Зеркальной Башне на эту тему была другая информация. Но ни один дракон даже не пытался её слушать. Особенно чёрные. Этот продолжал: — А низшие — не задают вопросов!

Он взмахнул крыльями и воспарил в небо. Вскоре над моей головой. Он добавил:

— Твои жалкие трюки с перемещением не делают тебя ровней мне!

— Ровней или нет, но я задал тебе вопрос. Что прямо противоречит твоему недавнему убеждению. А ты до сих пор не попытался испепелить меня. Значит нужда во мне у тебя куда выше, чем глупая гордыня, которой поражён каждый представитель вашей расы.

— НЕ СМЕЙ ГОВОРИТЬ О ПЕРВОРОДНЫХ БЕЗ МОЕГО ДОЗВОЛЕНИЯ! ТВОЙ ЯЗЫК НЕ ДОСТОИН ЭТОГО!

У меня чуть уши не заложило от того, как это было громко.

Но лёгкой насмешки я не терял. Это был самый быстрый способ вывести любую из этих рептилий из себя.

— Ну-ну, дружище. Это ведь ты прилетел на мою землю и сжёг моих бесов. Теперь ещё и требуешь, чтобы я пропустил тебя в мою кузню. Нагловат ты, даже для дракона. Тем более, что этот мир, даже для твоего чёрного драконшества слишком горяч.