— Маш, завтра надень камуфляж, — попросил я вечером, загодя, когда тётка Настасья ответила согласием, и мы начерно разработали план операции — сколько людей берём, кто за что отвечает и кто куда двигается занимать позиции.

— Зачем? — не поняла сестрёнка. Она как раз полностью разделась и надевала пижаму — готовилась ко сну.

— Я подумал, что я — мужчина. После амнезии это не очевидно, но мужчина для податного населения… Так себе авторитет. Даже если он из царской семьи.

Маша замерла, вслушиваясь, голова её заработала.

— Продолжай. Пока всё так.

— Если мы хотим надавить на всех авторитетом, а после раскатать этот информационный вброс по всей стране через телевизионщиков и Тулину, главой операции и идейным вдохновителем для всех должна быть ты. Тем более, что мы вместе с тобой всё это придумали и пережили, это закономерно.

Она всё же закончила переодеваться, присела на край кровати. Попыталась сформулировать:

— Саш, я не говорю, что непричастна. И если б не ты и твои идеи, я бы как минимум спасла девочку сама, правда, на отставку главы Духовного приказа точно б не замахивалась. Но директору проблем бы подкинула, села — не села бы не понятно, насколько бы была злая, но в целом я бы всё сделала, как и ты. Но вот на политический резонанс бы не пошла. И войска с собой бы не повезла. Как и следственную группу. Как и не «продала» бы этот приют в благотворительность известному ресторану для боярского сословия в столице. Не нужно мне приписывать лавры, я сторонница того, чтобы народ знал героев. И ты заслужил, чтобы о тебе говорили.

— Маш… — Я протяжно вздохнул, думая, как донести. — Сестрёнка, я долго думал и понял, мне не нужна слава. ВООБЩЕ.

Пауза. Непонимание.

— Великие дела нужно вершить из тени, — продолжил я. — Самый опасный враг — кто-то незаметный, близко от тебя, и ты понятия не имеешь, кто это. Будет гораздо лучше, если обо мне продолжат говорить так же, как говорили до покушения — что я бездарность и твой хвостик. Тем более это частично правда, я и сейчас твой хвостик. — А это ей подсластить пилюлю самооценки. — Я предупрежу журналистов, что главной героиней дня будешь ты, чтобы снимали тебя, брали интервью и восхваляли, как ты классно всё задумала и делаешь, не боишься бросить миру вызов. Ты — брутальная царевна, и имидж правильной девочки, правдоруба и защитницы слабых и угнетённых судьбой — самое то для тебя.

— Саш, но это неправда! — воскликнула она. — Ты придумал это! В том виде, в котором мы будем реализовывать — ты! Я хочу, чтобы страна знала тебя и гордилась тобой!