— Тогда — идею ты понял, при любых проблемах врубай дурака и зови меня. Про дом — никто не опознает. Там два «холодных» — мужик в рабочей робе и горничная.

— Понял.

Еще бы не понять. Вот уроды, своих забрали, а ни в чем неповинных людей грохнули. Зато теперь у меня есть крыша, которая ради спасения собственной задницы вытащит мою из любых возможных корпоративных разборок. Черт с ними, благодарностями. Главное — чтобы за излишнее рвение не прикопали. Поэтому — я просто в уголочке стоял. А вот парни — они выступили мощно, да. Без дураков. Тут же среагировали, всем дали прокашляться и кругом молодцы.

Что вы сказали? Семь трупов? Ничего не знаю. Вон Гафаров идет, у него и спрашивайте. А я вас за горлышко подержу, чтобы не хрипели где попало. И дышите через раз, слишком вы взволнованы.

Так и приехали в Москву. Мы на пяти минивенах. И одинокая милицейская машина в хвосте. Снимать показания и собирать подписи. С радостью переложив любую ответственность за учиненный бардак на дзайбацу «Ям-Эн». Включая все будущие штрафы и выплаты за ремонт.

Сначала мы сидели на двадцать седьмом. Знакомый кабинет. Похоже, тут не только аудит людей тиранит, а вообще эдакая ничейная переговорная. Куда и загрузили. Попутно на стол сбоку притащив прорву снеди и два огромных термоса с кофе. По запаху — что-то приличное, не бурда с шестого этажа.

Милиционер, повеселевший после большой кружки и тарелки с бутербродами, быстро заполнил форму, вписал туда «грибы собирали, никого не обижали» и показал, где расписаться. Затем оставил копию, взял с собой бумажный пакет с вкусняшками и откланялся.

Заглянувшая на огонек Баба-Яга оценила мой уляпанный кровью и местами драный костюм, затем общий мятый вид Хасэгава Норико и одобрительно оскалилась. Не знаю, что она там напридумывала, но между нами ничего не было!

Убедившись, что все сыты, здоровы и готовы к продолжению «банкета», народ поехал на девяносто второй. Я — больше в качестве немого столба маячил за спиной Гафарова. Одновременно разглядывая виды вокруг. Шикарно, однако, руководство живет. Это же святая святых. Не знаю про джакузи и прочие радости в туалетах, но ковры, картины, мебель… Видно, куда нефтяные деньги тратят.

Когда большая часть сопровождающих выстроилась у распахнутых дверей в большой зал, я попытался было тоже куда-нибудь пристроиться. Но Хасэгава-сан глянула через плечо, выгнула бровь и меня вежливо подтолкнули вперед. Блин, я уж было размечтался. Но придется снова крутиться, словно лягушка на раскаленной сковородке. И квакать аккуратнее, чтобы не сболтнуть чего лишнего.