Длинные волосы цвета спелой пшеницы я собрала в затейливую причёску — не ту, что делают в салонах за час кропотливой работы, а такую, будто она сама сложилась из желания выглядеть чуть наряднее, чем обычно. Несколько шпилек с цветами держали основную массу волос, а по бокам я оставила несколько локонов — они падали свободно, чуть завиваясь, и от этого лицо казалось мягче, а взгляд чуть загадочнее.
Макияж я сделала лёгкий, неброский: чуть тронула ресницы тушью, добавила полупрозрачный блеск на губы и едва заметные тени, чтобы подчеркнуть глубину глаз, но не спрятать за косметикой своё настоящее выражение. В этом и была вся прелесть: я не пыталась стать кем‑то другим, я просто позволила себе быть чуть наряднее обычного.
— Ну раз уж ты готова, то помоги мне с причёской, — и протянула мне расчёску.
Вскоре мы вместе спустились вниз, где нас ожидали наши друзья. Марк стоял у двери, в тёмно‑синей рубашке и светлых брюках — он выглядел так, будто всю жизнь ходил на такие вечеринки, и теперь наконец‑то оказался на своей территории. Андрей, как и обещал, сменил футболку на рубашку — простую, но аккуратную, и даже поправил воротник, будто сам удивлялся, как это приятно — выглядеть чуть лучше, чем обычно.
— Вот это я понимаю, — протянул Марк, оглядывая нас с Вероникой. — Теперь мы точно готовы произвести впечатление.
Андрей хмыкнул, но в его взгляде читалось одобрение:
— Выглядите отлично. Главное, чтобы там было что поесть. Вечеринка без еды — это не вечеринка.
Мы рассмеялись, и этот смех стёр последние остатки неловкости.
Марк распахнул дверь, и нас встретил вечерний воздух — тёплый, с лёгкой морской солью, будто море само шептало: «Сегодня можно не спешить». Закаты уже начинали подкрашивать небо в мягкие оттенки, и цвет моего платья будто подхватывал эту палитру, становясь частью наступающего вечера.
— Ну что, — в руках Марка вдруг оказались ключи от автомобиля. Он махнул в сторону дорожки, ведущей к воротам, — идём ловить этот вечер.
У ворот стоял новенький внедорожник серебристого цвета — блестящий, будто только что из салона, с тёмной тонировкой и хромированными деталями, которые ещё хранили лёгкий заводской отблеск. Андрей присвистнул, Вероника удивлённо приподняла брови, а я замерла на секунду, озадаченная тем, что у Марка есть такие друзья или такие возможности, о которых он раньше не говорил.
Андрей уже тянул Веронику к машине:
— Комфорт — это хорошо. Особенно если там есть подстаканники и кондиционер. Я в этом сезоне заслужил кондиционер.
— Ты заслужил его ещё в прошлом году, когда тащил все наши сумки от вокзала, — рассмеялась Вероника.