Тишина в комнате не принесла облегчения, лишь усугубила ощущение собственной наготы. Каждый шорох за дверью, каждый скрип старого дерева в коридоре заставляли меня вздрагивать, ожидая, что он вернётся. И когда дверь вновь открылась, в комнату вошла всё та же девушка, и в её руках был очередной поднос с едой. Она даже не взглянула в мою сторону, а просто оставила его на столе и молча вышла, хлопнув дверью.
Мне сильно хотелось есть, но я сдерживалась. Снова переворачивать поднос не было желания. Вдруг это чудовище выполнит свои угрозы, и проверять это мне не хотелось. Глаза слипались от усталости, но я боялась закрыть их полностью. Сон означал потерю контроля, а контроль был единственным, что у меня осталось. Я вслушивалась в тишину, пытаясь уловить малейший признак жизни за пределами этой каменной клетки. Но там была лишь пустота и ожидание.
Холод проникал всё глубже, добирался до костей, заставляя тело ныть. Разглядывая кровать, которая больше напоминала жертвенник, я надеялась разглядеть на ней хоть какую-то ткань, похожую на простынь. Но на ней был лишь тонкий матрас, который был не менее холодным, как эти мрачные стены.
Я склонилась над мраморной чашей, провела ладонями по прохладной воде и плеснула себе в лицо. Капли стекали по щекам, смывая остатки оцепенения, и на миг мне показалось, что вместе с ними уходит и липкий страх, сковывавший грудь.
Когда я обернулась, у приоткрытой двери стояла та самая девушка, которая приносила еду. Она смотрела на меня без любопытства, но и без холодности, скорее как на неизбежную часть своих обязанностей. На ней было простое тёмно-серое платье, а тёмные волосы туго стянуты в хвост, открывая тонкое, почти бесстрастное лицо.
— Ты можешь передвигаться по этому крылу замка, — сказала она ровным, будничным тоном, будто перечисляла пункты распорядка дня, а не границы моей свободы. — Но вниз не спускайся. И на верхние этажи тоже не поднимайся. Как и в противоположное крыло. Туда тебе запрещено ступать. Надеюсь, ты поняла, что при таких ограничениях за пределы замка тебе вообще нельзя?!
Я сжала пальцы в кулаки и, пряча дрожь в ладонях, просто кивнула, молча принимая условия чужих правил.
— Здесь есть библиотека и просторная гостиная, — добавила она.
— Спасибо, — прошептала я, сама не зная, за что именно.
Девушка хмыкнула и, не сказав больше ни слова, вышла, бесшумно прикрыв за собой дверь. Я подошла к окну, прижалась лбом к прохладному стеклу и посмотрела на серые пики гор, тонущие в сумерках. Решётки по-прежнему сплетались в изящный узор, и теперь он казался мне не украшением, а хитрой иллюзией: будто кто-то очень старался, чтобы клетка выглядела как рама для красивого вида.