Козырев пожал плечами.

— Повторю: поспрашивайте в конторе. Все равно вам придется туда идти оформлять бумаги на продажу и получать деньги. Может, подберете подходящий вариант. Люди снижают цену продажи, чтобы получить хоть что-то. У вас, Петр, два дня, чтобы выселиться.

— Два дня — это хорошо, а вот то, что денег на доплату нет — это плохо.

— Увы, ссуды тем, кто ходит в зону, не дают, только под обеспечение, каковым недвижимость в Дугарске не считается.

— Алексей Фомич, если мы пообещаем при открытии следующего искажения нос не показывать наружу, возможен ли пересмотр княжеского решения?

— А если искажение опять откроется в вашем доме, Петр Аркадьевич? У вас здесь явно аномальная зона. Мы не можем согласиться на такой риск.

Он пожелал хорошего дня, что в свете принесенного им сообщения выглядело форменным издевательством. Если уж им так важно было собрать тварей в одном месте, могли бы ночью все светящиеся пятна сгрести и вывалить там, где это было бы удобнее для уничтожения.

— Только же все наладилось, — проворчал Прохоров. — И нате вам. Это княжеский произвол. Че делать будешь?

— Схожу в контору, узнаю, что можно купить. Вдруг вариант получше найду.

— Куда уж получше? В другом месте столько не набьем, — вздохнул Прохоров. — За ночь пятьдесят рубликов на двоих — хорошо же?

— Посмотрю что-нибудь с сараями.

Я глянул на соседский, который в свете новой княжеской политики больше интереса не представлял, взял часы Истомина, чтобы занести по дороге, и пошел в контору, раздумывая, где взять недостающие на покупку деньги. Выходило, что только занять у Демина, но я артели и без того уже круглую сумму должен, которая не факт, что погасится с проданных частей музыкантши. Скромнее нужно быть в своих желаниях — тогда бы сейчас при мне были деньги. Зато не было бы части навыков. И как здесь выдерживать хоть какой-то баланс, если нужно все, и вчера?

Первым делом я завернул в гостиницу, чтобы не держать при себе дорогие часы. Истомина я застал, он мне даже обрадовался, правда, первым делом спросил:

— Деминская артель вернулась?

— Не знаю, Виктор Алексеевич. Я принес вам часы. Они работают. Я их почистил и заменил пружину, в результате часы получили бонус автоподзавода.

— Да что вы говорите? Поразительно. Не ожидал, признаться, хотя мне и говорили, что вы талантливый механик. Но вы столь молоды, что совершенно непонятно, где вы набрались опыта.

— Ремонтирую все подряд, вот опыт и растет.

Истомин работой оказался столь доволен, что к оговоренной сумме прибавил рубль. Можно сказать, положил начало моему накоплению на новый дом. Поневоле пожалеешь, что вчера высунулись с Прохоровым — не выступи мы столь удачно, нас бы с обжитого места не поперли. Но здесь, как говорится, русский мужик задним умом крепок.