И, возможно, зонта. Дождь не утихал, и это точно не последний в этом году.

— С зимней не торопитесь, через месяц выбор будет побольше.

— И цены поднимутся? — предположил я. — Честно говоря, я бы предпочел магазин с хорошими подержаными вещами. Есть такой в Гарашихе?

— Есть, как не быть. Как раз на местном рынке. Там есть отдел и с новыми вещами по невысоким ценам. Я вас рядом высажу. Но основные продажи у них идут как раз с подержаных.

— А заберете где?

— Около ресторации Сафонова на Центральной улице.

— Как она называется?

— Так и называется: «Ресторация Сафонова».

— Нет, я про улицу.

— Тоже так и называется: Центральная, — хмыкнул Козырев. — Не пропустите. От рынка она идет, так что не заблудитесь. Сам я к алхимику. Сколько времени займет, не знаю.

— Это вы с субстанцией из сортира к нему? — понял я.

— С ней, поганой. Наколупали в контейнер. Может, и сможет алхимик определить, что туда вылили. Если, конечно, захочет за это дело браться.

Мы уже подъезжали к Гарашихе, так что задавать вопросы я перестал и начал осматриваться.

Город был оживленным, но казался еще более провинциальным, чем Анниск, хотя размером был сопоставим или даже чуть больше. Лабиринта, разумеется, здесь не было, как и дирижабельной причальной башни. Последняя отсутствовала бы, даже если бы городок был побольше, — близость Зоны очень плохо отражается на летающем транспорте, и хорошо, если он просто медленно спланирует на землю, а не ткнется носом, угробив всех пассажиров. Самой Гарашихе поглощение не грозило, и здесь не было атмосферы постоянной напряженности, характерной для Дугарска. Здесь люди жили, а не выживали. Хотя нельзя сказать, что жили очень уж хорошо. Похоже, правду мне говорили, что местный князь три шкуры дерет с тех, кто живет на его земле.

Козырев, как и обещал, подвез меня к рынку. Хорошо, что распогодилось, и сверху уже ничего не лилось. Плохо, что снизу землю местами развезло до непролазной грязи. Около магазина, к которому меня отправил Козырев, были деревянные мостки. Наверное, для этого города это было признаком респектабельности. Как и большие витринные окна, в которых были выставлены образцы товара. Довольно приличные образцы.

Но туда я не пошел, отправился стричься. Нужное заведение находилось тоже рядом и сейчас пустовало. Скорее всего, из-за погоды, а не из-за убыточности заведения. Оно выглядело преуспевающим.

— Чего изволите, сударь? — тут же подскочил ко мне один из двух парикмахеров.

— Постричься и побриться, — бросил я.

— Проходите, присаживайтесь, сударь, все будет сделано в лучшем виде.