— И что там внутри? — послушно спросила японка под тихое «Клавель знает, что такое книга⁈» от Нгобе.

— Не что, а кто!

— И кто? — сбить Нанао с толку можно было и не пытаться. В этот момент портовая команда наконец натянула канаты причальные канаты, и наверху опускающегося с борта трапа появился смутно знакомый суккубе мужчина.

— Мой батя! И братухи! — мексиканец забил на приказ Абрамова и рванул кораблю.

— И братухи братух, — вполголоса прокомментировал Феодораксис, с усмешкой наблюдая бурную встречу родственников. Мирен заметила, как стоящий рядом с пятеркой курсантов клуба русский незаметно поморщился.

— Балкеры не предназначены для перевозки людей, — наклонив голову к плечу и наблюдая, как по трапу вниз спешит целая толпа вооружённых людей, в пространство сообщила юки-онна.

— Они его переделали. В смысле, картель Клавель своё судно. — подсказал грек. — Под, так сказать, бизнес-нужды семьи.

Грузовая стрела над палубой морского сухогруза пришла в движение, вытащив из трюма и спустив на причал опутанный грузовыми фалами пикап. Кузов грузовика и стекла кабины были обтянуты брезентом, и под этим брезентом сзади откровенно выпирала некая конструкция, прямо-таки очень напоминающая турель для установки пулемета.

[*Балкер, или сухогруз — судно, предназначенное для перевозки сыпучих грузов типа зерна, угля и т.д.]

— Олег, амиго! — мужчина, подошедший в сопровождении Фабио такое впечатление что едва не кинулся обнимать учителя физкультуры. На фоне своих людей он выглядел подчеркнуто мирно: никакого оружия, никакой формы, цветастая рубашка-гавайка, сандали и шорты, широкая добрая улыбка в тридцать два зуба. Рядом с отцом сын выглядел воплощением милитаризма и агрессии. Если бы Мирен не помнила, что уловила её эмпатия, когда Клавель-старший приезжал за отпрыском в школу — могла бы и купиться.

— Я так благодарен тебе, Олег, и старине Куроку, — тем временем продолжал разоряться глава вооружённой преступной группировки, наркоторговец и на закуску ещё и демон. — Вы из моего раздолбая человека сделали! Ух — и года не прошло. Отправлял в школу идиота-идиотом, а сейчас смотрю — орёл! Да я смотрю — у тебя тут целый выводок орлов… и, ха-ха, орлиц. А ну-ка сын, встань-ка в строй… Ах, красота-то какая, аж слеза наворачивается.

— Наш будущий штаб, — огорошил своих подопечных Абрамов. — Пока время есть, дашь своих погонять на местности? А то деткам уже скучно бегать-прыгать в одиночестве. Заодно и подучатся командовать кем-нибудь, кроме самих себя, в реальной обстановке… Орлы.

— Это дело, — под маской весельчаки и балагура на мгновение проступил совсем другой человек — жёсткий, властный и привыкший командовать. Внимательно, словно в оптический прицел, он оглядел стоящих перед ним подростков, что-то для себя решил и кивнул. — Вижу, мой сын в хорошей компании. У меня сорок два бойца, считая шестерых сержантов — так что как раз. И мои ребятки к местным порядкам привыкнут, и со скуки пухнуть не будут.