Лучше бы это были предприимчивые армяне с «масло, сливки, молоко разливное будем брать?» Потому что Боброва не придумала ничего лучше, чем сразу же повиснуть у меня на плечах, запечатав губы поцелуем. М-мать! Пришлось аккуратно одногруппницу отстранять.
— Алёна… — почему-то кроме имени на язык лезли исключительно нецензурные слова.
— Походу, мне на пересдачу, — объяснила мне она. — Со шпорами свалили. А в общаге старшаки уже почти все свалили, а у меня жрать в блоке нече… ой, привет. Я-я не вовремя?
— Да заходи уже, — пришлось посторониться, пропуская всё же не совсем чужого человека. Как знал, что мне та весёлая ночка перед спасением мира ещё аукнется. Что ж, может, так и лучше — сразу расставим все точки над i. Тем более, когда телепатия между нами работала на максимуме, что-то мои партнёрши должны были из моей памяти если не узнать, то почувствовать…
— Мирен, Нанао и Иге, — со вздохом представил я. Ми, оказавшаяся в поле зрения Алёны кивнула, стоящая сбоку Нана ловко спрятала за спину разделочный тесак для мяса. И только Нгобе сделала мне страшные глаза и показал на пальцах: три. Типа, договаривались, никаких дополнений в семью! — Мои…
— Возлюбленные, — ласковым голосом «помогла» мне суккуба.
— Девушки, — прямолинейно обозначила статус Куро-тян, втихую избавившись от тесака. Ну как — втихую? Она его в стойку для ножей зашвырнула прямо из-за спины. Попала, разумеется.
— Жёны, — не отстала африканка, в отличии от остальных оставшаяся за кухонным столом, где она на первом попавшемся блюдце фигурно высыпала дорожку из своей особой травы — видимо, чтобы поджечь. Она склонила голову, обдумав ответы, остальных и пояснила. — Я во всяком случае — точно. Потому что шаман сказал «жена» — значит, жена. Пусть и третья, да.
За зазвонивший телефон я схватился как спасательный круг.
— У тебя сегодня последний экзамен, и я уверена, что ты его конечно же сдал, моя умница!
— Мама! — простонал я. — Только не говори, что…
— Мы тут с папой к тебе приехали! — не слушая меня, победно возвестила она. — С тортиком. И видишь, я специально позвонила тебе не в дверь , как ты просил. Давай, открой нам с домофона дверь в подъезд.
— Мама!!!
Гудки. Громкий щелчок зажигалки в руках Нгобе. Чёрт. Чёрт! Мне кажется, или спасти мир было действительно легче ⁈
Эпилог.
Три года спустя.
— Наночка, эта ткань не мнётся, — на всякий случай предупредил я. Вотще: завладевшая утюгом юки-онна даже ухом не повела, продолжая наглаживать лёгкую камуфляжную куртку со знаками различия курсанта. Еще один просто образцовый идиотизм: три дня назад на общем построении студентов военной кафедры мне в числе прочих парней и нескольких девчонок выдали военники, в которых черным по белому написано: «младший лейтенант». Военная кафедра, кстати говоря, на этом и закончилась — и пофигу, что до диплома учиться ещё год* и мы, вообще-то, пока даже не врачи. Это потом, когда защитишься и если призовут, придётся дослуживать два года по офицерскому контракту — вот тогда офицерские погоны будут положены. А пока — гордо красуйся буковками «К», ага.