Проклятье…
18.
На одном из первых занятий военно-тактического клуба Абрамов предельно доходчиво объяснил, почему знаки различия на современных полевых комплектах обмундирования делаются в цвет соответствующего камуфляжа. Всё просто. Если противник сможет выделить и прицельно выбить полевых командиров — это уже половина, если не большая часть тактического успеха в любом бою. Всё равно что голову отрезать, скажем, осе. Насекомые так устроены, что потеря части тела, даже такой важной, как голова, для них вовсе не означает мгновенную смерть. Тело жука, кузнечика или таракана будет жить минуты, а если потерю крови остановить, так и часы, и даже дни. И не просто жить. Та же оса может жалить не хуже, чем в полной комплектации, а богомолы так например и вообще… сами знаете, чем занимаются. Так вот, оса без головы остается «боеспособна»… Но только в том случае, если враг сам на неё наступит или потрогает. Аналогия, я думаю, получилась предельно прозрачной.
С другой стороны, полный отказ от знаков различия тоже невозможен — по крайней мере, пока. И дело не только в том, что свои бойцы должны понимать, кто перед ними и уверенно идентифицировать командиров. Армия — это традиции. Опять не мои слова. Причём военные традиции невероятно прочные, многие по нескольку веков запросто насчитывают. Попытка вот так взять и разом отменить ту или иную традицию обычно заканчивается взрывом недовольства среди солдат и офицеров, из-за чего приходится сдавать назад, или… Заканчивается та армия, к которой традиция принадлежала. Военные формирования, что придут на смену, будут уже новой армией, традиции для которой или придётся заимствовать у кого-то другого (как сделал в своё время Петр I)… или придётся разрешить восстановить старые. Совсем не просто так во время Второй Мировой войны в Красную Армию были возвращены «царские» погоны. Нет, можно, конечно, подождать, пока традиции сформируются и сами (точнее, всё равно будут заимствованы, но «снизу»), но — воевать такая армия будет… не лучшим, мягко говоря, образом.
К чему это я? А вот:
— Этого берём, — уверенно определила Нана, стоило только очередному золочёному шлему и наплечникам показаться из-под снега. Рельефные католические кресты, увитые ветвями с выдающимися шипами, выдавленные в золотом слое головной и плечевой брони, однозначно намекали на то, что мы наткнулись на лидера. Очень своевременно.
Отряду Перевозчиков почти удалось войти на улицы Тауна, где мне было бы куда сложнее накрыть их сфокусированным погодным ударом — но почти, как известно, не считается. Удар стихии вышел воистину страшным. Хоть я и сам сравнил обрушения сплошного потока снега с неба со сходом лавины — не думал, что получится настолько похоже и разрушительно. Да, доспехи, как я и думал, защитили экс-орденцев. Сплошная кираса не дала массам снега сдавить грудные клетки и перебить дыхание, потому люди под заносом не умерли за несколько минут, потребовавшихся мне, чтобы частично откопать всех. Частично — это как раз по плечи, только чтобы снять шлем, после чего очередной противник отправлялся с помощью отработанного приема Куро-тян в нокаут. И это было проявлением милосердия.