— О, и тогда я наконец-то смогу приступить к работе, — промурлыкала Лионелия. Её слишком широкая улыбка обнажила ряд острых, почти хищных зубов, что выглядело несколько жутковато, особенно в сочетании с миловидным личиком маленькой гоблинши.

Я вздохнул, мысленно сделав пометку приструнить её кровожадность. С её навыком Чувство правды нам не понадобятся пыточные дыбы, достаточно просто заставить пленников открыть рот, а система сама покажет, где они лгут, а где говорят истину. Я тоже не считал себя белоснежным рыцарем в сияющих доспехах, Валинор быстро выбил из меня эти иллюзии, и иной раз не возражал против жёстких методов допроса. Даже миролюбивые Ирен и Мия признавали, что иногда нужно сломать кость-другую, чтобы вытащить информацию, спасающую сотни жизней, но я не хотел, чтобы мои люди превращались в садистов, упивающихся чужой болью, всё должно иметь чёткие границы и веские основания.

— У этих тварей наверняка полно ценной информации, если мы сумеем её вытащить, — кивнула Марона. — Особенно у Проходчика. Он единственный, кто использует их телепорты. Если мы возьмём его тёпленьким, он может привести нас прямо к Малину Медобруку.

— А я считаю, что нам некуда спешить, — мягко, но уверенно возразила Ирен, складывая руки перед собой. — Наша основательная, тщательная разведка даёт плоды. Мы не привлекаем лишнего внимания, остаёмся в тени, и в конечном итоге это принесёт более ценную информацию. Никто не идеален, все совершают ошибки, а наш враг сейчас раздут от самоуверенности, искренне полагая, что он непобедим.

Она перевела взгляд на Корвина и одобрительно кивнула.

— И чем дольше мы выждем, копя силы, тем выше поднимется средний уровень наших бойцов.

— Легко сказать! — сердито прошипела Лионелия, и её глаза сверкнули жёлтым в полумраке. — Мэриголд и маленький Марк прямо сейчас томятся в плену! Они страдают, и одному богу известно, что им приходится терпеть! Мы не можем спокойно сидеть себе на заднице годами, фармя мобов, пока все не докачаются до шестидесятого уровня!

Эти слова ударили меня под дых, словно бронебойный снаряд, сердце болезненно сжалось, а в груди закипела обжигающая смесь ярости и бессилия. Сариса и крошечный Марк! Они постоянно являлись в мыслях, каждый грёбаный день, каждую бессонную ночь, и меня терзали точно такие же страхи. Я ненавидел это затянувшееся ожидание, ненавидел свою беспомощность перед огромной машиной Консорциума.

Сделал глубокий вдох, заставляя себя мыслить холодно и прагматично. Гнев — плохой советчик.

— Нам нужно действовать аккуратно, — твёрдо произнёс, обводя взглядом команду. — Но я согласен с тем, что мы уже скопили достаточно сил. Если действовать как скальпель, а не как кувалда, у нас появятся шансы. Мы начнём откусывать от них по кусочку, уничтожать небольшими группами, желательно быстрыми и внезапными атаками. Ударили и растворились. Нам просто нужно точно знать, куда именно бить и как выманить жирные цели на свет.