Морган пожал руку спокойно, но крепко. Маг выглядел непривычно в парадной мантии, обычно он предпочитал практичную одежду для работы с землёй.

— Поздравляю, Артём, — сказал он своим размеренным голосом. — Пусть земля под ногами вашей семьи всегда будет твёрдой.

Дректар, облачённый в лучшие доспехи с гравировкой его клана, начищенные до блеска, подошёл последним. Для брата Самиры это важный день, его сестра выходила замуж за союзника и друга.

— Сегодня наши кланы породнятся окончательно, — проговорил он, сжимая моё предплечье воинским приветствием. — Это честь для нас.

— Честь взаимная, друг, — я ответил тем же жестом. — Твоя сестра — удивительная женщина. Обещаю заботиться о ней.

Мы двинулись через двор к тому месту, где вчера стояла деревянная платформа. Ноги немного подкашивались, но не от страха, а от волнения. В животе порхали те самые пресловутые бабочки, о которых пишут в романах, только у меня они были размером с птеродактилей.

Народу собралось ещё больше, чем вчера. Вечером и ночью подтянулись опоздавшие, а с утра пришли жители из дальних деревень. Толпа оказалась настолько плотной, что яблоку негде упасть. Задние ряды стояли на ящиках и бочках, дети сидели на плечах отцов, женщины забрались на заборы и деревья. Все хотели увидеть церемонию своими глазами.

По настоянию семьи, точнее, идею подала Ирен, а все её поддержали, мы снесли платформу. Пусть церемония пройдёт прямо на земле, ближе к Астерии. Моя дочка не могла покинуть свой холм, но так она хотя бы могла всё видеть и чувствовать себя частью праздника. Это означало, что собравшимся придётся вытягивать шеи, но никто не жаловался.

В первом ряду, среди почётных гостей, сидели служанки, держа на коленях наших малышей. По предложению Самиры всех детей одели в одинаковые бледно-зелёные распашонки,, чтобы показать единство семьи. Выглядели они умилительно.

Сердце сжалось от нежности. Вот они, мои дети. Ради них стоило рисковать жизнью, сражаться с ордами и строить это поместье. Пришлось сдержать порыв подойти и перецеловать все эти пухлые щёчки.

Глория оживлённо замахала ручками, увидев меня. Макс и Мила недоумённо вертели головёнками, оглядывая скопище народа, а Анна внимательно разглядывала свои пухлые пальчики. Рада, самая младшая, как и Сёма, мирно спала на руках няни, посапывая во сне.

Улыбнулся им, помахал рукой. Глория радостно взвизгнула в ответ, голос дочери разнёсся по всей площади, вызвав добрые смешки в толпе.

Я встал рядом с Астерией.

— Привет, солнышко, — прошептал тихо. — Папа женится. Ты ведь рада за нас?