В комнате воцарилась звенящая тишина. Азъ тяжело вздохнул и пристально посмотрел на эту находку для шпиона. В его тяжелом взгляде явственно читались те проблемы, которые возникнут у болтуна, когда они вернутся в Цитадель, где ему будут доходчиво вбивать в подкорку и прокачивать навыки простейшей конспирации.
Алекс, переводивший беглый взгляд с подполковника, который отложил в сторону щит, на побледневшего гонца.
— Вы знаете Рэма⁈ Я тоже знаю!
— Конечно, ты его знаешь, ты же шпион, млять! — хмыкнув, ответил подполковник, ловко выхватывая с пояса нож. — Ну раз у тебя мотор в сердце, значит придется по-старинке. Уши или пальцы⁈
— Галилео Девятому. Как успехи⁈— выйдя на связь с подполковником, обратился я. — Байкер заговорил? Прием, — я строго посмотрел на Элю с Никой, которые бесперебойно стрекотали вокруг Софии, говоря о том, что они помогут ей снова обзавестись такой же роскошной шевелюрой, какая была у них.
— Заговорил, вот только лепечет он какую-то хрень, млять! Прием.
«Рэм, это Рэм⁈» — раздался голос на фоне, пока подполковник отвечал мне.
Я нахмурился, услышав своё настоящее имя от пленника:
— Слышу, ваш пленник знает моё имя. Значит, вы либо действительно поймали шпиона и уже его как следует допросили, либо кто-то будет драить унитазы и учить основы конспирации в упоре лёжа. Пием.
Гроза рассмеялся:
— Насчёт первого сейчас узнаем, ебана, у меня даже духи петь начинали, а ведь я нихуя не шаман! А вот насчёт второго, на, таких будет гораздо больше, чем ты думаешь! Стрелять вроде научились, а вот следить за помелом нет! Прием, млять.
«Дайте поговорить с ним, пожалуйста, говорю вам, он меня знает!» — снова закричал пленник одновременно с подполковником.
— Чего, блин? — я нахмурился. — Девятый, че он за херню несет, вы реально лазутчика поймали⁈ — рация в моей руке заскрипела, когда я с силой её сжал.
— Да вот, шпион, млять, утверждает, что знаком с тобой, на! И сейчас я буду узнавать, откуда. Прием.
«Не надо узнавать, я сам всё расскажу!» — не унимался байкер.
— Ну, дайте ему сказать, прием — уже заинтересованно произнёс я.
— Только попробуй рыпнуться, на, — пророкотал подполковник, после чего тут же добавил, — если что, я пиздец как рассчитываю на то, что ты рыпнёшься! Говори, он тебя слышит.
Я нервно рассмеялся, услышав военную дипломатию в деле, и лишь гадал о том, как себя чувствует пленник этого закалённого вояки.
— Рэм, слава богу, мужик, я так рад тебя слышать! Прием.
— Вы кто такие? Я вас не звал! Идите нахуй! Прием, — ответил я, смутно припоминая этот спокойный голос.