— Пошла на х*й, малахольная прошмандовка! Феминизм отменяется, концерт окончен, блядь!

В зале началось оживление — крики, свист, смех, шум, гам.

— Охрана! Немедленно вызовите охрану! — крикнула в микрофон вокалистка, однако приближаться не решилась — она стояла в нескольких шагах от меня и от середины сцены.

— Господа, здесь вообще есть мужики, в этом зале? Вам разве не надоело слушать всю эту мерзость, которой истязают наш слух эти конченые и уродливые дуры⁈ — обхватив микрофон, как какой-нибудь рок-певец, обвёл я левой рукой сцену и стоящих там девок в латексе.

На танцполе раздался как одобрительный, так и не очень, шум. Там начало тоже что-то происходить.

— Уродливые? — вскрикнула девица в оранжевом и приблизилась ко мне быстрым шагом, однако стала шагах в трёх: — Ты, козёл, что сейчас вякнул? Знай своё место!

— Как тебя, Алексеева или Чернова, блядь? А ну быстро ушла отсюда просто на х*й, пока я добрый и даю тебе такую возможность!

Девица побледнела и отступила на шаг.

— Всё нормально, дорогие зрители — эту немытую козлину сейчас успокоят и мы продолжим наш концерт! — заявила вокалистка бодрым голосом, посматривая на меня.

— Облезешь, сука латексная! На коленях будешь сосать, мразь! Я — Виктор Колчак, и я объявляю крестовый поход против латексных стервоблядей, феминизма и пошлости! Я-а-сно-о, бля-я-дь? — я ощутил прилив куража и выкрикнул это, обхватив микрофон.

В зале раздались свист, выкрики и послышался шум потасовки, с каждой секундой всё более громкий.

— Какой Колчак? Этого не может быть! Это какой-то клоун ёбаный, дамы и господа — не обращайте внимания! — уже не очень уверенно заявила вокалистка.

— Ты что сказала? — прорычал я в микрофон.

В зале был сильный гам. Я снял микрофон с подставки, повернулся к ней, сфокусировал взгляд и чуть пошатнувшись, пошёл в её сторону.

В этот момент в зале зажёгся свет, который немного ослепил меня — я повернулся и увидел, что некоторые девушки и парни толкали друг друга. Многие просто стояли и наблюдали, другие орали и свистели.

— А ну сюда подошла, тварь злоебучая — будешь за МСКА сейчас извиняться! — выкрикнул я под одобрительные выкрики из зала.

— Выкуси, ублюдок ёбаный! — побледнев, заявила вокалистка и отступила на пару шагов назад.

Как я видел краем глаза, остальные участницы группы просто стояли и с ужасом глазели на меня.

— Керенская — на колени и сосать, ты меня по-оня-яла? — я прорычал это в микрофон, ощущая, как накатывают волны ярости.

В зале раздался взрыв смеха и крики негодования, разные пошлые крики типа «бей ебаную суку», «покажи ей» и всё такое.