Пораженный, я повернулся к Анжелике, она тоже взглянула на меня — в её взгляде было потрясение, потом она перевела взгляд на рыжую:
— А что это твоя сеструха делает на трибуне? Что вообще за дела, Арина?
— Анжелочка, я правда не знаю, — даже побледнела рыжая. — Сама в шоке. Я не знаю ничего, правда не знаю!
Тем временем раздались аплодисменты, а строй марковских юнкеров по команде щелкнул каблуками и взял «на караул», флаги при этом чуть приопустились. Всё это смотрелось очень впечатляюще и завораживающе, я не мог оторвать взгляда.
«Первые три ряда — девочки, потом парни, и потом девочки-парни, смешанные через один», — насчитал я двенадцать рядов.
— Добрый день, уважаемые дамы и господа! — изящно дотронувшись рукой до микрофона, произнесла с трибуны Элина Дроздовская — а это была именно она, поскольку глаза меня определённо не обманывали. — Сегодня мне выпала огромная честь — присутствовать на открытии памятника выдающемуся государственному деятелю, флотоводцу и ученому-исследователю, первому президенту нашей Республики — адмиралу Александру Васильевичу Колчаку, — при этих словах раздались громкие аплодисменты в толпе. — От лица как молодых военных, так и дипломатов нового поколения я хочу сказать всем здесь присутствующим, — барышня обвела рукой стоящий строй марковцев, — равняйтесь на адмирала, равняйтесь во всём, и вы славно послужите нашей стране! — раздались аплодисменты, а строй марковцев трижды выкрикнул: «Слава!»
«Флотоводцу? Что-то не припомню так сразу, кроме Черноморского. Учёный — да, и учёный выдающийся», — на несколько мгновений я задумался над услышанным.
— Что же на самом деле делает твоя сестрица в Москве? — совершенно без улыбки спросила Анжелика у Арины. — Что-то политическое, какие-то интриги между вашими партиями?
— Отшпились от меня — я не знаю! — раздраженно ответила ей рыжая и прижалась ко мне, поскольку я их разделял.
«Странно всё это», — подумал я с легкой тревогой.
— Дорогие друзья, а теперь я имею честь передать слово господину Витольду Валентиновичу Слащёву, премьер-министру нашей демократической Республики, — грациозно поклонившись в сторону седого, высокого и немного сутулого человека в черном костюме и в затемнённых очках-авиаторах, начала аплодировать Элина.
Раздались мощные аплодисменты, приветственный свист.
«А вообще нихрена себе — выступить в роли ведущей такого мероприятия, это явно дорогого стоит», — я окончательно впечатлился и перестал что-либо понимать.
Премьер-министр говорил размеренно и явно нацелился на долгую речь — начал он с экскурсов в дальнюю историю. Примерно на пятой минуте его речи Анжелика, взявшись обеими ладонями за мою руку, заявила: