— Да, лид.

— Завтра можешь отправляться, — добавил я.

— Благодарю, командир.

— Не один.

— Но…

— В жопу твое узкоглазое философское «но». С собой возьмешь тройку умеющих держать дробовики и мачете гоблинов. И Ссаку.

— Она не ходит.

— Потащите на волокушах денек, — проворчал я, с удовольствием потягиваясь, чтобы размять затекшее во внедорожнике тело.

— Это замедлит меня.

— Ну да, — кивнул я, останавливаясь и разворачиваясь к явно недовольному мечнику. — Дай угадаю, как ты видел свой будущий отпуск — фиксишь неполадки в экзе, засовываешь в него свою жопу и мчишь сквозь джунгли до тех пор, пока не останется заряда процентов на десять. Мчишь ночью. Днем же останавливаешься на солнечной полянке и чуток дремлешь, пока твоя глефа сосет энергию с солнца. За кратчайший срок оказываешься в той деревушке с веселым названием Бамбук в Жопах Кровавых.

— Бамбуковая роща.

— Да похер.

— Верно. Так я и планировал. Я не хочу оставлять тебя надолго, командир.

— Не торопись, — покачал я головой. — Я дам тебе четыре полных дня. Пятый — контрольный. Если не появишься — я отправлюсь тебя искать. И если я тебя не найду в той деревне, и мне не понравятся их рожи — вот тогда их деревня сменит название… и количество населения.

— Понял. До этого не дойде…

— А Ссаку возьмешь с собой, потому что даже лежачая она может половине той деревне морды набить. Гоблинов же бери из своего десятка.

— Мои сдохли.

— Набирай новых, — рыкнул я все еще беззлобно. — Обучай. А чтобы не дохли — обучай лучше!

— Есть!

— Отлично.

— Можно выступить сегодня?

— Нет. Сегодня занимайся экзами. Своим и Ссаки. Потом колдуйте над станцией подзарядки. Сверьте карты, расспроси здешних, по возможности узнай всю подноготную той деревушки — кто там рулит? Кто там на самом деле рулит? Сколько бойцов? Насколько преданы системе? Перевари всю эту инфу. Нажрись мяса, залейся компотом и отрубись часов на десять.

— Понял, лид. А…

— Что еще?

— Хочу еще в медблок.

— Да был бы он у нас… — отвернув наконец харю от мечника, я глянул на наш барак и изумленно выпучился. — Вот дерьмо!

— Это не дерьмо, — возразила Ссака. — Это же, сука, счастье для одинокой бабы без матки — медблок со всем пихательным набором, мать его! Да! Пустите меня, гоблины! Хочу туда!

— Стоять, — приказал я, и дернувшиеся было вперед носильщики замерли на полушаге.

В небольшом удалении от нашего барака — метров пятьдесят — стояло три знакомых до боли медблока. Стандартные контейнеры со всем, как метко сказала наемница, «пихательным набором», а к нему еще режущее, прижигающее и вкалывающее. И это еще не все. Медблоки стояли в ряд под большим металлическим навесом — все новенькое, следы сварки настолько аккуратные, что сразу подумаешь о умелых роботах, а не о потных гоблинах. Навес настолько большой, что под ним хватило место для пяти также выстроившихся в ряд торгматов, а за ними то, что я не видел очень давно — обменный терминал. Наличку можно превратить в безнал и наоборот. Над и под навесом по стальной полусфере — сверху большая, внизу поменьше.