«Вот я и начинаю уже мыслить себя в отрыве от Войска», — сразу взгрустнулось мне.
— Петя, — вдруг понизил голос Карпов, — я тебе ничего не говорил, но у большинства полковников на тебя зуб. Уж не знаю, чем ты им насолил, парень ты вроде толковый, и польза от тебя есть, но Матвею Ивановичу в уши на тебя льют. Дескать, зазнался, ставишь себя словно родовитый. Имей в виду!
— Спасибо за предупреждение, Аким Акакиевич! — искренне поблагодарил я полковника, хотя ничего нового он мне не сообщил.
Я и сам чувствовал растущую стену отчуждения между мной и войсковыми вождями. И был уверен, что дальше будет только хуже. Их же от злости разорвет, когда они узнают, что у меня под началом под четыре тысячи человек и под сотню фальконетов, а у каждого из них — хорошо если 700–800 и одна-две маленькие пушечки. Интересно, как поведет себя Платов в этой ситуации?
(1) «Вареные раки» — прозвище британских солдат, носивших красные мундиры.
(2) Склонность не только делийцев, но и всех жителей Индостана к дорогим побрякушкам, вроде золотых браслетов, на теле, дошедшая до наших времен, объясняется неожиданным фактом: Великие Моголы запрещали отнимать у своих подданных личные украшения.
«Лучше плыть по волнам, чем биться о скалы», — так в моей прошлой жизни сказал один приятель, когда поведал о своем походе во власть.
Он, далекий от государевой службы человек, поддался искусу и стал советником губернатора в наших краях. И очень быстро выяснилось, что против него сложилась настоящая коалиция вице-губернаторов. Многие из них были раньше с ним друганами не разлей вода, а тут как с цепи сорвались. Наушничали губеру, приписывая моему знакомому все мыслимые и немыслимые прегрешения. Почему? Да просто завидовали его успехам, его растущему авторитету, особому положению при главе края. И что же делать в такой ситуации? Биться о скалы, доказывая, что ты не вор и не проходимец? Или плыть по течению, просто делая свое дело, пока есть возможность? Он выбрал второе.
Вот и я решил: будь, что будет, делай, что должен. И нахально наврав Платову о просьбе Сингха потренировать гуркхов на марше, через два дня после выступления из Дели, после торжественного войскового молебна по случаю Рождества, ушел с своим отрядом вперед всей объединенной армии заниматься боевым слаживанием с примкнувшими к нам рохиллами. Чем меньше глаза всем мозолю, тем будет лучше.
Правильно сделал! И не только из соображений внутривойсковой подковерной политики, но и по причине крайнего бардака, который царил в маршевых колоннах. Не знаю уж, чем там занимался Перрон и прочие европейские наемники, но такого хаоса в походных порядках я еще не видел. Очень быстро все пришло в совершенный беспорядок: конница вклинивалась в ряды пехоты, та, в свою очередь, перемешивалась с обозом, волы рвали постромки, слоны недовольно трубили, про интервалы между отрядами тут же позабыли — шум, гам, сутолока, неразбериха…