— Ваша милость, — приблизившись ко мне, заговорил Валерий. — Разрешите вопрос?

Уже примерно догадываясь, о чём пойдёт речь, я кивнул.

— Спрашивай.

Дружинник не стал мяться и подбирать слова. Он не дипломат, а воин, потому спросил прямо:

— То, чем вы убили дружину Брылёва, это же от Ликсис Талии, да?

Я замедленно опустил подбородок. И мой боец тут же с облегчением выдохнул, заставив меня приподнять бровь.

— Не поймите меня неправильно, Ярослав Владиславович, — произнёс Валерий, после чего перекрестился. — Я в местных богов не верую, но признаю, что что-то такое есть, раз у эльфийки это сработало. А теперь, когда вы так научились делать, у нас в рукаве козырь появился. Я с ребятами поговорю, чтобы не трепали языками, никто не узнает. Такие вещи нужно скрывать, а то, не ровен час, очередной Брылёв найдёт, как от этого защититься.

Я улыбнулся и похлопал его по плечу.

Конечно, я знал, что мои люди не станут меня сторониться или бояться. Однако такое заявление в очередной раз доказывает, что отец отпустил со мной действительно достойных людей. И это чертовски приятно осознавать.

— Спасибо, Валер, — сжав пальцы на его плече, ответил я. — Я действительно не хочу, чтобы все вокруг знали, что человек способен использовать силу местных богов. От этой новости у эльфов так задницы пригорят, что они на реактивной тяге к местному солнцу улетят. Другие захотят научиться, а я не могу научить, начнётся конфликт, ведь посчитают, что я не хочу делиться силой.

Он кивнул с самым серьёзным видом.

— Армии бы пригодились такие способности, — подтвердил Валерий.

— Вот поэтому мы сейчас начнём неприятную работу. Нужно скрыть, что люди Брылёва умерли от божественной силы. Но сначала — снять с них всё, что может нам пригодиться, — дружинник с пониманием кивнул.

Оставлять снаряжение наших бойцов, а у каждого дворянского рода оно по-своему уникально, было просто нельзя. Не должно оно попасть в руки эльфов, и если нет возможность собрать с убитых, необходимо уничтожить. Нам, к счастью, ничего не помешает раздеть погибших и похоронить их по-человечески.

А что появятся у них раны посмертно, так через несколько часов уже будет всё равно. А запись с камер моей дружины… Подкорректируем. Какая там кому разница, пули летали, подчиняясь моему дару, или мятежные силы умирали без единой раны.

— Всё сделаем, можете не беспокоиться, ваша милость, — ответил Валерий. — И вам бы умыться, Ярослав Владиславович. У вас кровь, видимо, шла.

Я коснулся носа и взглянул на пару капель уже почти засохшей красной влаги. Что ж, видимо, управлять аурой Смерти я ещё научился недостаточно хорошо.