Вмешиваться боги не могут напрямую, им для этого требуется смертная оболочка. Которой сами сущности не обладают, да и не выдержит никакое тело такой мощи. Потому-то и являют свою волю через видения, а иногда — захватывая носителя. Но аватар — явление кратковременное, буквально кинуть пару фраз, продемонстрировать очередное чудо, чтобы подзарядить паству верой.

Так, у моей сущности есть Жнецы, которые исполняют волю Смерти, отправляя в ничто тех, кто нарушает баланс. Или же пытается обойти законы мироздания, продлевая себе жизнь, вместо того чтобы отдать концы и покинуть бренный мир. Всякое бывало за время моей службы.

Конечно, в кого попало боги не влезают. Для этого нужно признавать покровительство над собой конкретной сущности. К примеру, условный язычник, верующий в некий пантеон, может стать аватаром этого пантеона. Если у его тела, конечно, хватит сил вместить в себя частицу божества. Вера — добровольно приоткрытая дверца, через которую смертного можно захватить.

В нашем же случае всё ещё интереснее. Православие не признаёт многобожие, считая это мракобесием. И если бы не моя служба Смерти, хрена с два бы сущность смогла до меня добраться. Но у нас уже был контакт, к тому же я и на этой Земле-то оказался только по воле своего покровителя. Так что тут иной расклад.

Но уже то, что и я, и Ликсис, и остальные верующие в Морвель, Мару и прочие персонификации Смерти, защищены от остальных богов, позволяет нам стать аватаром только этой сущности. Так что эльфийским божествам придётся не просто хватать первого эльфа, который окажется с нами рядом, но и добираться лично, уже физически.

— Ну, богов мы можем не опасаться, — разделывая пирожное вилкой, произнёс я. — Для меня важнее, чтобы всё было сделано правильно. А для того, чтобы Российская Империя начала действовать, тебе, как баронессе Астарта, необходимо запросить помощи у его императорского величества. Официально, Ликсис, с печатями, бумагами и прочими атрибутами государственной власти.

От моих слов эльфийка чуть дёрнула щекой.

— С этим какие-то проблемы, я так понимаю? — уточнил я.

— Нужно добраться до родового замка, — сообщила жрица Морвель. — Все необходимые атрибуты остались там. Я ведь не правила Астартом, а была лишь дочерью барона. И не факт, что наше родовое гнездо не сожгли, предварительно вынеся оттуда всё ценное.

Я пренебрежительно махнул рукой.

— С этого мы и начнём. Что скажете, баронесса, готовы пригласить графа Князева в гости?

На её лице появилась искренняя улыбка. И мы оба ощутили присутствие сущности.