– Так, может, ты за ней все-таки сходишь? – ядовито осведомилась я. – Или у хвардов принято разгуливать голышом, сверкая голым задом перед первыми встречными?

– Когда я был зверем, тебя это не смущало, – искренне озадачился оборотень, неловко переступив босыми стопами возле моего носа. Это стало последней каплей: не сдержавшись, я все-таки вскочила, отвернулась, чтобы не лицезреть его ладное тело, и рявкнула:

– Зато теперь смущает! У людей, если ты не знал, совсем другие обычаи! И у них принято одеваться, прежде чем выйти на улицу! Хотя бы трусы натягивать! Уж тем более не красоваться в чем мать родила перед дамой, надеясь поразить ее своими прелестями!

Лин сдавленно хихикнул откуда-то снизу, а Мейр сперва опешил, потом издал какой-то странный звук. Затем наконец что-то понял, страшно смутился и испуганно попятился.

– А… это… и-извини… наши девушки не находят ничего дурного в том, что мы… я не знал… прости… я сейчас…

Я даже не обернулась. Но после этого его словно ветром сдуло, а бессовестный кот, явно уставший сдерживать рвущийся наружу смех, расхохотался уже во весь голос.

– Святой Аллар! А я все ждал, когда же ты его просветишь?! Даже подумал, что и в твоем мире есть бесстыдники, чувствующие себя одинаково свободно и в зверином, и в человеческом виде! Знаешь, у коренных хвардов одеваться действительно не принято – они считают, что незачем натягивать на себя какие-то тряпки, если тело все равно остается одним и тем же! Но, выходя из своих лесов, они все-таки соизволяют прикрываться, хотя не любят этого до ужаса! А со временем, когда пообживутся в человеческих городах, даже привыкают и больше не норовят сбросить штаны, как только заходят в дом. Но этот… гы-гы-гы… наверное, в первый раз на воле! И до сих пор не допер, что сверкать причиндалами перед человеческой девчонкой – неприлично!

Я огорченно шмыгнула носом.

– Ладно, хватит ржать. Он, наверное, понятия не имел, почему мне так неудобно.

– Точно! Ой, не могу…

– Лин, да хватит, в самом деле! Я ж тоже не знала! И уже испугалась, что теперь на каждом шагу буду наталкиваться на таких вот простых до безобразия молодцов, в которых стыда – что воды в наперстке! Я даже представила себе такую картину: вот идем мы с тобой по лесу… или в город какой заходим, а там на каждом шагу… вот ЭТО!

Шейри снова захохотал, едва не покатившись по траве от смеха.

Я вздохнула, как-то разом почувствовав и мокрую куртку, и прилипшую к телу рубашку, и хлюпающие сапоги, от которых ноги уже начинали подмерзать. Заодно вспомнив, что по ночам тут довольно-таки прохладно. А я – как мокрая курица в своей нелепой одежке. Более того, и обогреться никак, а моя зажигалка, может, вообще из кармана выпала.