Наконец первый эар – они так и не соизволили представиться, а без имени все они были для меня на одно лицо – тяжело вздохнул и махнул рукой.

– Поднимайся, Ри. И ты тоже, ло-хвард. Мы сообщим Эа о вашем появлении и доставим вас в Лесные Чертоги.

– Что? – не понял ни слова из их пения Мейр, но на всякий случай насторожился.

Я мило улыбнулась и любезно пояснила:

– Нас обещают проводить, накормить-напоить и спать уложить до тех пор, пока господин Эа не освободится, чтобы чин по чину принять нас в своих покоях, как самых дорогих и важных гостей, которые только удостаивали его своим посещением.

– А-а… хвала Аллару! Я уж думал, ничего не получится!

– Отчего же не получится? – мстительно оскалилась я, чувствуя, что терять мне уже нечего. – Эары на самом деле – очень чуткие, добрые, ранимые существа… надо только знать, куда их побольнее ткнуть и как посильнее ранить. И тогда все проблемы решаются вмиг.

Оборотень споткнулся, когда его чуть ли не проткнули два взбешенных взгляда глянцево-черных глаз, полных искреннего желания отыграться за пережитое унижение, но мне уже было море по колено. Видимо, ощущение собственной безнаказанности пьянит не хуже мухоморовки. А сейчас я была явно пьяна. Злостью своей, мрачной решимостью и искренним желанием набить кое-кому смазливую бледную морду. За пренебрежение, за презрение, за то, наконец, что со мной никто не считался, когда навязывал этот дурацкий долг. Но особенно за то, что меня при этом посчитали мерзкой нежитью. Тварью. И, сковав Долговым Заклятием, опрометчиво решили, что сумеют удержать на цепи…

«Хрен вам, – зло подумала я, когда кипящие от гнева эары дружно развернулись и потопали в сиреневую чащу. – Если кто-то считает, что об меня можно вытирать ноги, то пусть сами утрутся. Верно, Лин?»

«Мы им еще покажем, – с мрачным удовлетворением согласился шейри. – Пусть только попробуют тебя тронуть – пор-рву!»

«Вместе рвать будем, друг мой, – кивнула я, первой двинувшись следом за бледнокожими проводниками. – И тогда еще посмотрим, кто посмеется последним».

Идти пришлось до безобразия долго. Все по той же волшебной сиреневой траве, под сенью гигантских деревьев, закрывающих собой далекое небо. Вдоль красивых полян, усыпанных совершенно дивными цветами. Мимо звенящих ручьев с поистине ледяной и наипрозрачнейшей водой. Мимо роскошных кущ, усыпанных необычными салатовыми лепестками… вот только это меня уже не трогало: с появлением эаров их чудесный Эйирэ потерял всякое очарование. А когда откуда-то сверху на нас с истошным криком спикировала какая-то зубастая птица, волшебный лес окончательно мне разонравился.