Но Мейр, видимо, не знал их языка, потому что наклонил голову еще ниже и попытался продолжить:

– Пресветлые…

И этого оказалось достаточно для исполнения приговора: эары сделали смазанное движение руками, чуть отдернули полы своих длинных плащей, что-то выхватили, качнулись в сторону наглеца, посмевшего на чем-то настаивать… но тут я быстро выступила вперед, толкая доверчивого оборотня в бок и спасая его шею от уже занесенного кинжала. А потом вскинула голову и, глядя им прямо в глаза, каким-то чужим голосом сказала:

– Kha tachi na Aea. Me toro aeale Li-Khkeolae. Ta goro oeno sano?

Дословно это звучало примерно так: «Проводите нас к Эа. Меня прислал эал Ли-Кхкеол. Или вы посмеете нарушить его приказ?»

Неожиданное знание языка эаров стало для меня приятным открытием, хотя и слегка омраченным пониманием того, зачем и почему мертвец это сделал. Способность безо всякого стеснения говорить с древней расой вызвала у ошарашенно обернувшегося Мейра состояние, близкое к ступору. Правильная речь, причудливой мелодией вырывающаяся из моего горла, вынудила Лина очнуться от недолгого оцепенения, вызванного близостью эаров, и тихо охнуть. А использованный мною повелительный тон, который в устах смертной, представительницы чужой расы, прозвучал для чистокровных эаров как попытка убогого нищего приказывать королю, повлиял на самих нелюдей так, что они оторопели и даже передумали убивать моего неосторожного спутника. А потом и отшатнулись, потому что я, не желая затягивать беседу, небрежно задрала левый рукав и наглядно продемонстрировала им свое право не просто просить, но требовать.

В свете опалесцирующей листвы благородное серебро причудливо заиграло миллионами различных оттенков. Браслет разом ожил, засветился потусторонним светом, тихонько запел, словно отзываясь на только ему слышный призыв. И это было так завораживающе красиво, что даже я невольно залюбовалась. Тогда как эары лишь потрясенно выдохнули и, убедившись, что браслет настоящий, неверяще уставились на мою белую кожу.

– Эал Ли-Кхкеол?! Что с ним?! – воскликнули они в голос, сделав совершенно правильный вывод.

– Я буду говорить только с Эа, – бестрепетно ответила я, а потом кивнула на своих спутников. – Они со мной. Оба.

– Ло-хвард и шейри?!

– Да.

Эары дружно вздрогнули.

– Шейри не может войти в Эйирэ. Это запрещено, – заметно нахмурился один из них.

Я демонстративно пожала плечами.

– Прекрасно. В таком случае зовите своего Эа сюда, и я буду разговаривать с ним здесь.

– Ни один Ри не смеет требовать встречи с Эа! – неожиданно завелся второй. А может, просто запаниковал? Но мне было все равно – пусть хоть пляшут передо мной свои шаманские танцы, а я без Лина с места не сдвинусь. И если их «великий и ужасный» Эа… король, наверное?.. согласится явить нам свой бледный лик, то я, так и быть, не стану натравливать Теней на этих двух растерявшихся гавриков. А вот в противном случае…