Я сделала глубокий вдох, а затем такой же глубокий выдох. Так, спокойно. Это не он такой необычный. Это я – слепая курица, которая только сейчас сообразила, что рано приписала ему одни только человеческие добродетели.

– Так ты поэтому вчера ночью уходил?

– Заметила? – почему-то огорчился Мейр. – Я надеялся, что не напугаю тебя тем, что так часто…

– А почему ты должен был меня напугать?

– Мне нужно перекидываться почти каждый день, – неохотно признался он. – У нас в роду такая особенность: зверь очень силен, поэтому требует большей свободы. У моего отца такой рок, у деда был, у братьев. Собственно, именно поэтому в моем роду издревле рождались вожди.

– А-а… насколько он у тебя сильный, этот зверь? – осторожно уточнила я.

– Сильнее многих.

– Надеюсь, это не значит, что в твоих пищевых пристрастиях, помимо дичи, присутствует человечина?

– Нет, конечно! Я же не Тварь!

– Прости, – поспешила я загладить свою оплошность. – Я с хвардами раньше не встречалась, и вообще, у меня на родине бытует мнение, что с оборотнями надо держать ухо востро. Дескать, когда вы перекидываетесь, то себя не помните. А иногда и на ближайших соседей накидываетесь. А от полной луны и того больше – с ума сходите и способны загрызть даже лучшего друга.

– С хвардами иногда бывает… – насупился Мейр.

Ох, кажется, я его все-таки обидела!

– Луна на них действительно влияет очень сильно. – Оборотень вздохнул. – Они и перекидываются, как правило, по ночам. Раз в месяц, реже – два. Но не чаще. И помнят они о человеческой половине, когда бегают на четырех лапах, довольно плохо. Но даже они, обретая второй облик, никогда не опустятся до убийства человека. Разве что обороняясь или защищая свое логово. А миррэ ВСЕГДА сохраняют память о том, что еще недавно были людьми, и способны обернуться в любой момент: хоть днем, хоть ночью.

Я виновато вздохнула.

– Прости. Я действительно не знала.

– Люди, как правило, живут во власти страхов и предрассудков, – все еще сердито проговорил оборотень, уставившись куда-то мимо. – Им проще считать нас зверьми. Чудовищами. Монстрами, готовыми в любой момент накинуться из-за угла. Поэтому мы и живем обособленно – подальше от нелепых подозрений, обвинений и попыток напомнить нам о прошлом.

«Считается, что миррэ были созданы одним из Темных магов в качестве телохранителей и охранников. Такие же сильные и свирепые, как простые хварды, но более быстрые, разумные и преданные, как цепные псы, – внезапно подсказал мне Ас. – Только что-то у него не вышло, и миррэ вышли не только разумными, но еще и независимыми, поэтому, как только появилась такая возможность, покинули своих создателей. А еще говорят, что их порода происходит из Невирона – именно поэтому их так опасаются, – но вроде потом они оттуда сбежали и перебрались к северным границам Валлиона. В леса, на которые из-за близости к эарам и Степи никто не зарится. После чего обжились и теперь считают эти территории своими. Король их не гонит – те земли ему не слишком важны, но за это ло-хварды уже двести лет держат границу в неприкосновенности».