— Добрый день, господа — высоченный, атлетического сложения мужчина лет тридцати пяти в строгом темном костюме встретил нас у входа на территорию — Прошу следовать за мной.
Господа, то есть, мы послушно прошли за ним к особняку мимо небольшого, постриженного на английский манер газона. Миновали припаркованные на площадке перед ним авто. Хозяев или приличных, не чета нам, господ. Поднялись по ступенькам.
У дверей нас передали с рук на руки самому настоящему дворецкому. С лицом университетского профессора, при пушистых бакенбардах и во фраке. Сидевшем, к слову, на нем так ловко, что при виде его в массовом попрядке поумирали бы от зависти звезды отечественных сериалов о «раньшей» жизни. И прочие, имеющие пошлую привычку обряжаться по случаю и без в пиджаки с хвостами, персонажи. Потому как на них на всех они сидят как жокейское седло на дойной корове.
Со строго дозированной холодной вежливостью поприветствовав нас, персонаж во фраке оставил нас в прихожей и степенно, без лишней спешки удалился. С докладом-с.
— Круто — оглядывая царящее вокруг нас гламур и лакшери, заметил я.
— Точно — поддакнул Саня.
Минут через несколько дворецкий вернулся.
— Прошу, господа — и, слегка наклонив голову, продемонстрировал безукоризненный пробор — Вас примут.
— Радость-то какая — вполголоса возликовал Котов.
Мы поднялись на второй этаж по мраморной лестнице и чинно проследовали в правое крыло особняка. Остановились перед массивной дверью с бронзовыми, начищенными до зеркального блеска ручками в виде львиных голов.
— Одну минуту — он растворил дверь и просочился вовнутрь. На сей раз вернулся почти сразу — Прошу вас, господа — и растворил дверь.
— Сука ты, Быстриков — душевно проговорил в телефонную трубку стоявший у массивного письменного стола кавалергард — И мелкий кусочник. Ты кого разводить вздумал, дурило?
Я не оговорился, перед нами стоял самый, что ни на есть настоящий кавалергард. В белом парадном мундире конца девятнадцатого века. Явно не взятом напрокат в театральной костюмерной, а сшитом на заказ из дорогого сукна, подчеркивающем все достоинства спортивной, умеренно подкаченной фигуры. С россыпью орденов на молодецкой груди. Почему-то без каски и палаша.
Небрежно махнул в нашу сторону рукой: проходите, дескать, что встали. И продолжил.
— Запомни, друг сердечный, со мной такие фокусы не проходят. Вздумаешь и дальше дурковать, познакомишься с моей юридической службой. Все, обнимаю — отключил телефон и бросил на стол.
Уселся в кресло. Выходить навстречу нам он явно не собирался.
— Добрый день, Илья Семенович — Саня, не дожидаясь приглашения (плебей, он и в Москве плебей) присел в кресло у стола. Махнул мне рукой: падай, дескать, не стесняйся. — Моя Фамилия Котов, это… — кивнул в мою сторону.