Размышления подстегнули Викусю к решительным действиям, но и заронили сомнения. А что, если… К чему эти шпионские игры? Маскировка. Надо просто открыться ему. Подойти самой и поговорить… Нет! Нет! Нет! Даже мысль об этом приводила Вику в такой ужас, что начинали трястись коленки, а сердце трепыхаться где-то в желудке с отдачей в пятки. И девушка не понимала, чего ей больше хочется — видеть его или улепётывать без оглядки, подальше, туда, где она с ним никогда не столкнётся.

Нет! Нет! И нет! И не потому, что он наггевар. Вовсе не поэтому.

Так она себя убеждала.

Доведённая до крайности, Вика набралась смелости и под покровом ночи… После отбоя в студенческих блоках гасили свет и затемняли отражатели… Вышмыгнула в коридор и пробралась мимо стоек ограждения, как заправский лазутчик. Тёмные очки в темноте ей не понадобились. Зато пригодился фонарик.

Снова надвинув на лоб капюшон толстовки, Вика проползла под датчиками движения, аки сапёр, прокралась мимо освещённых участков палубы и очутилась перед заветной дверью — в нелегальную генетическую лабораторию. Вернее, сама-то лаборатория была легальной, но некоторые джамрану работали здесь нелегально, по ночам, охотно снабжая запрещёнными и полезными геномчиками безбашенных студентов, да и кое-кого из преподавателей заодно. За умеренную плату. Вика сюда раньше не совалась, но информацией располагала, почерпнув немало интересного от джамрану однокурсников. С ними она как бы дружила, если понятие «дружба» применима в отношении землян — джамрану по земным преставлениям. Среди них попадались довольно милые девушки, а девушки джамранки знали нужных парней и… Викуле джамрану нравились, и она не понимала, почему Майка предпочитала этим красавчикам образину гатрака. Тем более, студенты-джамрану поступали в КВШ будучи взрослее остальных курсантов. Поскольку сперва завершали первую ступень обучения в особом джамранском интернате, оканчивая его в возрасте двадцати циклов. А без этого никак. По каким-то там генофизическим резонам.

Вика глубоко вздохнула, выдохнула, посветила себе фонариком и отыскав звуковое реле, посигналила условным сигналом.

Открыли ей не сразу. И в течение тягостных минут неопределённости девушка едва не передумала, и порывалась уйти, уже всерьёз прокручивая вариант со студенческим драмкружком. Вступить в ряды театралов, выпросить у них грим и парик. Правда, актриса из неё не ахти, разве что сидеть в суфлёрской будке и подсказывать, или озвучивать реплики наподобие пресловутого «кушать подано». Ведь это не так боязно, как…