Продолжая стонать я неожиданно нашел источник всплеска, нарушивший мою концентрацию. Мальчишка, совсем ещё юнец, стоял по колено в озере, сжимая выброшенный мной меч. В километре от нас раздалось привычное «Грааа!» и пронзительный женский визг. Я и забыл как прозрачна и чиста вода, а так же как хорошо она разносит звуки. Судя по оглушающим хлопкам в ход пошли ружья. Дорогое удовольствие, но против зомби гораздо эффективнее серебра и железок регулярной стражи. К истошным крикам добавилась крепкая мужская ругань. Юнец твердо посмотрел мне в глаза и с трудом поднял огромный меч над головой.
«Главная опасность жития адепта смерти — потеря человечности. Для некросущностей второго порядка это не абстрактное понятие кармы или церковной праведности. Человечность — есть мера самоконтроля. Тонкая грань, отделяющая практика от кровавого безумца. Стоит перестать ценить живые души и ваше послесмертие будет недолгим. Первый поход короля-лича наглядный тому пример» . Цитирую в уме исторические хроники, скверный знак. Особенно когда заумная белиберда приходит в голову в момент наивысшей опасности, вместо привычного выброса адреналина.
Ненавижу поединки, слишком многое в них зависит от слепой удачи. Итак, бегаю медленно, зомби далеко, остается единственное преимущество. Выставив вперед кинжал я бросился на юнца, но тут же получил уверенный пинок по рукам. Лезвие прощально блеснуло, исчезая в озере. Туда ему и дорога, никогда не умел обращаться с холодным оружием.
Парень расслабился, посчитав что опасность миновала и снова занес меч. Стойка уверенная, фехтовать обучен хорошо. Вот только это не тренировочная дуэль. Сомневаюсь, что наставники готовили тебя к некроманту-самоубийце в противниках. Подняв тучу брызг, я прыгнул вперед.
Обхватил торс юнца ногами, а высоко поднятые руки обвил своими, прильнув к телу, будто в порыве жаркой страсти. От неожиданности он отшатнулся, теряя равновесие и мы рухнули на дно, подняв тучу брызг.
Сражение шло у самого берега. Вода едва доходила до колен, а затащить врага глубже не хватало сил, но это и не требовалось. Однажды я видел как нищий утонул в луже из собственной блевотины, не глубже пальца. Раз вышло у него, чем мы хуже?
Мальчишка бился, глотая воду, а я упорно вдавливал его голову в мягкий ил. В какой-то момент он отбросил бесполезный меч и вцепился в меня, утянув под воду, но предсмертные судороги уже скрючили пальцы. Когда изо рта пошла пена, стало ясно кто победил.
— Передавай привет Насу! — пробулькал я едва слышно.
Жидкость щедро затекла в рот, но дискомфорта не вызвала. После виселицы легкие не работали, дыхание превратилось в остаточный рефлекс. Я могу запросто пересечь озеро по дну с каким-нибудь камнем в руках для утяжеления. Надеюсь до этого не дойдет.