Пытался прощупать землю над головой, посылая импульсы магии в каменный свод. Ответ приходил чёткий: мы действительно плыли по руслу подземной реки, пролегающей в толще скал.

Время растворилось.

Минуты сливались в часы, часы в бесконечную череду поворотов, водоворотов и ледяных брызг. Единственным утешением был светляк Сергея, плывший над головой, как маленькое солнце в этой каменной преисподней.

И вдруг…

Стало тепло.

Я даже не сразу понял, что произошло. Просто в какой-то момент перестало дуть холодом, а вместо грохота воды в ушах зазвучал шум волн.

Поднял голову и увидел небо.

Настоящее, бескрайнее, с солнцем, висевшим где-то над горизонтом.

— Мы на поверхности! — закричал кто-то, но уши были забиты водой, и я не смог различить голоса.

Но радость длилась недолго.

Река, вырвавшись из подземелья, тут же сливалась с морем, широким, бурным, уже накрытым вечерними тенями. Нас выбросило на мелководье, как щепки.

Я откашлялся, вставая в прибрежной пене.

— Все целы⁈

— Если не считать того, что я проглотил половину этой чёртовой реки, то да, — простонал Митя, выплёвывая воду.

— Ты не замёрз? — я с удивлением посмотрел на Жданова.

Тот спокойно отжимал рубашку, будто только что вышел из тёплого душа.

— Вода была просто ледяная. Если бы не магический источник, точно бы окочурился, — улыбнулся я, потирая замёрзшие руки.

— Всё хорошо, — Митя пожал плечами, — я часто закалялся на «большой земле». Там, где я вырос, зимы куда суровее, чем в этих ваших колониях.

У всех, кроме Жданова, были магические источники, согревающие изнутри. А он… Он держался только за счёт собственной выносливости.

— А может, и у меня открывается источник… — вдруг задумчиво произнёс Митя, глядя на небо. Его глаза сузились, словно он пытался разглядеть что-то в глубине себя.

Но тут Жданов резко вытянул руку вперёд.

— Смотрите!

Мы подняли головы и обернулись в сторону материка: небо над сушей пронзали сотни лучей, одни гасли, но тут же, словно грибы после дождя, появлялись новые.

— Прорыв до сих пор продолжается, — пробормотал Сергей.

— Странно. Пока мы бродили по подземельям, прошло явно больше двух часов, — я посмотрел на солнце, уже клонящееся к закату.

— Ага, очень странно, — Амат скрестил руки на груди.

Мы стояли на берегу, наблюдая, как небо над материком вспыхивает и гаснет.

— А где мы вообще? — спросил Сергей, оглядывая побережье.

Перед нами расстилался пустынный пляж.

— Это же мыс Верный! — воскликнул Амат, и на его лице расплылась ухмылка. — Мы примерно в тридцати километрах от Балтийска!

Он расхохотался и провёл рукой по мокрой одежде — вода тут же собралась в шар и с плеском упала на песок.