— Дерьмо! — сказал он, увидев наконец красный дым. — Сержант, взгляните!

— Сраное жопное дерьмовое говно! — выдохнул конфедерат. — Обэчээр!

— Что? — пискнул Кобаяси.

— ОБЧР! Огромный боевой человекоподобный робот, м-м-мать! Мех, на хрен! Гай, вали, вали это здание, это же парковка, там всё равно на хрен никого нет!

Мех разворачивался на своих огромных ногах в сторону космического корабля и крутил корпусом, чтобы скорее навести нечеловеческого калибра орудия на обеих руках. Гай щёлкнул рычагом пуска противометеоритных ракет и утопил гашетку курсовых бластеров. Бластеры тут были совсем хилые, и броне меха — что олифанту дробина, но Кормак метил в лицевые сенсоры и, кажется, попал и сбил роботу прицел — по крайней мере первые сгустки плазмы, выпущенные из правого орудия меха улетели куда-то вдаль по Бридж-вей.

— А-а-а-а-а!!! — в кабине заорали все, когда ракеты врезались в основание многоэтажной парковки и Гай резко потянул штурвал на себя, выводя торговца на вертикальный взлёт, чтобы уберечься от обломков здания.

Бетон, металл и пластик засыпали меха по грудь и дезориентировали. Кормак ещё успел заметить, как из соседних домов к беззащитной голове ОБЧР-а устремились росчерки ракет. Мёртвая петля — это было совсем не обязательно, но по Бридж-вей было легче зайти на посадочную глиссаду.

— А-ы-ы-ык! — опорожнил свой бездонный желудок сержант.

— Ба-а-а-а!!! — вторил ему господин Кобаяси, с грустным лицом извергая блевотину на пол и стены.

Ещё бы ему не быть грустным — это был его корабль, его пол и его стены. И мыть здесь всё предстояло тоже ему.

Гай сориентировался на сигнальщика в серой броне Конфедерации, который высоко держал файер с зелёным дымом. Площадка там была подходящая, и к ней уже бежали санитары с ранеными на носилках.

Выпустив опоры, торговец приземлился. Субтильный Хироси Кобаяси, утирая рот, с шальными глазами принялся выпихивать огромного Гая Кормака из пилотского кресла.

— Кс-о-о-о!!! — орал он. — Никогда, никогда проклятый гэйдзин больше не… Дзаккэнаё! Синдзимаэ, слышишь, ты? Катись из моего корабля, чтобы я больше тебя не…

— Ой, да ради Бога! — Гай обезоружено поднял руки и встал с кресла.

Мич уже был тут — он преданно улыбался и шевелил ушами. Его термоядерному пищеварению мёртвая петля не повредила. Сержант тоже быстро пришёл в себя, хоть его глаза и оставались слегка квадратными.

— Двери, двери! — скомандовал он.

Зашипела аппарель, открывая доступ в грузовой шлюз, и оттуда высыпались штурмовики с лицами зеленоватого цвета, тут же занимая укрытия и распределяя сектора обстрела. Санитары потащили носилки — одни, вторые, десятые… Стюардессы кинулись помогать — всё-таки медподготовка у них в программах обучения шла обязательным курсом.