Тэд покосился на отца. Игнатий отвел взгляд. Впервые в жизни могущественный лорд драконов почувствовал себя… неловко. Как школьник, которого застукали за разглядыванием запрещенной книжки.

— Ладно, — буркнул Тэд. — А на кого тогда рычать можно?

— На подушку, я же сказала. Или на меня, если я неправа. Но сначала докажи, что я неправа.

— А если я прав?

— Тогда я признаю ошибку и мы ищем компромисс.

Тэд задумался. Кажется, в его драконьем мозгу происходила серьезная работа. С ним еще никто не разговаривал как с равным. Обычно или боялись, или орали, или подлизывались. А эта… она была странная.

Чайник тем временем закипел. Причем закипел с песней. Чайник действительно запел — негромко, мелодично, на каком-то древнем языке. Элис вздрогнула.

— Он всегда так?

— Когда в хорошем настроении, — кивнул Игнатий. — Сейчас он доволен, что его используют по назначению, а не просто как музейный экспонат. Кстати, заварка, которую вы взяли — это смесь для успокоения нервной системы. Обычно ее пьют перед битвой.

— Перед битвой нервную систему успокаивать? — удивилась Элис.

— Чтобы не наделать глупостей от избытка адреналина. — Игнатий улыбнулся, и в этой улыбке мелькнуло что-то хищное. — Драконы вообще существа вспыльчивые. Особенно когда рядом оказывается красивая женщина, которая их ни капли не боится.

Элис почувствовала, как щеки заливает румянец. Она поспешно отвернулась к столу, разливая чай по чашкам. Чашки благодарно звякнули.

— Ваш чай, лорд Игнатий. И запомните: лесть — не лучший способ расположить к себе гувернантку.

— А какой лучший?

— Выполнение рекомендаций по воспитанию ребенка. Например, сейчас мы будем пить чай и разговаривать. Без рыков, без угроз, без поджигания мебели. Просто как нормальные люди.

— Мы не люди, — напомнил Тэд, с подозрением принюхиваясь к чашке.

— Сегодня будем людьми. Хотя бы на час. — Элис пододвинула ему блюдце с печеньем. Печенье оказалось с орехами и тоже слегка светилось. — Ешьте. Это полезно.

Тэд взял печенье, повертел в пальцах и лизнул.

— Вкусно, — удивился он. — А почему светится?

— Потому что магия, глупый. — Элис отхлебнула чай. Тот оказался терпким, с легким привкусом дыма и чего-то цитрусового. Неожиданно приятно. — Слушай, Тэд. А чем ты вообще любишь заниматься?

— Летать, — немедленно ответил мальчик. — Охотиться. Спать на золоте. Иногда драться с соседями.

— С соседями?

— С эльфами, — неохотно пояснил Игнатий. — У нас давний территориальный спор. Они считают, что восточный склон горы принадлежит им. Мы считаем, что они ошибаются. Раз в сто лет устраиваем показательные бои.