Первое, что буквально бросилось мне в глаза и заставило резко затормозить — это обстановка холла. Роскошь. Нет, не так. Показная, прямо-таки аляповатая, броская и кричащая роскошь ! Огромное двухсветное помещение, занимающее чуть ли не треть объёма особняка и, видимо, считающееся здесь холлом, было застелено ярко-алыми коврами, несло позолоту на лепнине и барельефах, и пыталось напугать входящего огромной развесистой люстрой с сотнями хрустальных подвесок-блестяшек. Как будто этого мало, вдоль стен, перемежаясь, стояли огромные вазы из полированного камня, полные рыцарские доспехи с фантастически огромными плюмажами на шлемах, а в промежутках между ними висели даже не картины — полотнища в золочёных же рамах.

Сказать, что я на несколько секунд потерял чувство реальности — значит, ничего не сказать. У меня даже на краю сознания мелькнула мысль, что я снова «попал» — настолько увиденный интерьер не вязался с тем, что я привык видеть в республике. Функционал и удобство — вот, пожалуй, два критерия, согласно которым были обустроены все увиденные мною после попадания помещения, включая мой собственный коттедж в Миракии. И ладно скотобойня или охотхозяйство — понятно, что в зданиях производственного назначения украшательства излишни. Но и в гостинице, и на Арене я не заметил ничего такого, что можно было назвать бесполезным элементом декора. При этом, совсем нельзя сказать, что обстановка была дешёвой — даже если одни алхимические светильники посчитать, сумма уже получалась довольно внушительной. Единственными местами, где в оформлении использовались некоторые декоративные излишества, были, пожалуй, таверны. Если таковыми, конечно, можно считать канделябры с настоящими свечами и подсвечники на столах, снизки сушёных трав и кореньев между открытыми потолочными балками и камин с огромной полкой — по меркам этого мира «атмосферные» детали интерьера вполне могли быть попыткой сэкономить на освещении и амулетах принудительной очистки воздуха.

— Вам назначено?

Всё ещё находясь под впечатлением от увиденного, я повернулся на голос и смерил глазами появившегося… персонажа. Если обстановку в принципе можно было списать на некоторую экстравагантность владельца — на Земле тоже встречались отдельные богатые идиоты, напрочь лишённые чувства вкуса — то внешний вид слуги хозяина дома напрочь разбивал последние иллюзии. Высоченный немолодой дядька был обряжен в… кажется, это должно называться камзол . И на этот камзол золотого и серебряного шитья пошёл как бы не килограмм — это я не считаю пуговицы и массивные пряжки туфель с квадратными носами. Пряжки, кстати, на обуви были не просто так — они удерживали банты . На туфлях. Банты. На чулки до колен, натянутые поверх обтягивающих брюк я уже почти и внимания не обратил — хватило увиденного раньше. Потому — персонаж. В этом холле он смотрелся на своём месте, а вот я себя почувствовал, словно случайно забрался на сцену театра, где идёт спектакль.