Граф подобрался, словно боевой пёс перед командой «Фас».
— Перед вторым покушением, под выдуманным предлогом мне преподнесли напиток, который назвали вином. Но я его не пил. Правда, что именно там, я не в курсе.
— Ты не проверял его? — решил уточнить высокородный.
— А где? — я приподнял брови в удивлении.
— Передай то вино мне, я все сам изучу. Кстати, у тебя есть план?
Я получил строгий взгляд и даже немного поежился. Эх! Нужно колоться. План и правда существует.
— Да. — я кратко изложил суть. — Осталось решить вопрос со связью, заказчика я взять не смогу, только передать его имя.
— Это решаемо. — кивнул мужчина. — Передашь письмо через Бирика. Только скажи, что это моя личная просьба и за нее я спишу с него второй поход в Лес Ужаса.
Я с удивлением воззрился на графа, который сейчас открылся с другой стороны.
— Я все сделаю, как Вы скажете. — снова поклонился.
— И как зовут предполагаемого предателя? — посмотрел на меня отец.
— Ушат Янкис. — сообщил уверенно.
Я смотрел графу в глаза прямо, потому видел, как на лицо высокородного наполз хищный оскал. Я был не прав. Граф отнюдь не пёс. Кандель — свирепый волк. И этот «санитар леса» только что почуял запах добычи.
Я вышел из административного корпуса и наткнулся на команду. Все в сборе.
— Ну, что? Пошли на мучения? — начал я и поспешно исправился. — Ой! На учения! Я хотел сказать, на учения!
Все заулыбались. Хороший настрой. Мы выдвинулись на площадку, а за моим левым плечом сразу пристроилась Ли. Она вообще теперь была всегда там, тенью следуя за мной. Все из-за того, что случилось. Муть воспоминаний подернулась и ударила в голову.
Вчера я забрал Ли у насильников, а сегодня уже первая тренировка.
Я вышел из своего нового жилища и решил отправиться на пробежку, но сначала нужно зайти за девочкой, а уже потом поймать Налга. Привычная дорога к моему бывшему жилищу заняла совсем немного времени.
Подходя, я заметил сорванную с петель дверь и страх ударил в голову. Бросившись внутрь… Суки! У дальней стены лежит красавица в порванной одежде и с характерными следами избиения и… Твари! Рядом с ней валялся нож, измазанный в бордовой засохшей плазме, которым то ли она, то ли гости, перерезали вены. Бывшая дочь барона приподняла тяжелые опухшие веки, и я прочитал по губам.
— Ал. — рука красавицы безвольно упала, а глаза закрылись.
В этот момент мои эмоции взбунтовались. Внутри начиналась буря. В шторме был и ужас, и боль утраты, а еще страх. Но все это померкло, когда в ураган ворвалась всепоглощающая ярость. Вокруг сразу начал «мигать» свет. Твари! Вы все умрете!