— У меня в комнате, вместо стены дырка, — несмело заметил парень, стрелявший в меня с испуга. — Еъ уже после того, как я вышел, разворотило.

— Плохо. Надо спускаться. Даже если крыша рухнет, перекрытия должны выдержать нагрузку, — решил я, поморщившись. Выехал, называется, на турнир. Сходил за хлебушком. — Лифты не работают? Значит, спустимся по лестнице. Где она?

— Я не думаю, что это хорошее решение, — проговорила Надежда. — Госпожа приказала ждать.

Несколько секунд я молчал, пытаясь подобрать аргументы против такого поведения, а потом стало неважно. Очередной выстрел сотряс здание, с потолка посыпалась штукатурка, и сразу две двери, находящиеся в конце коридора, слетели с петель от ударной волны.

— Фугасы пошли! — держась за стену, проорал Строгонов, перекрикивая шум в заложивших от взрыва ушах. — Плохо дело, нужно уходить вниз, немедля!

— Вначале вытащить раненых. Надя, слушай меня! Сколько комнат на этаже? — схватив девушку за плечи, потряс я её. Остолбеневшая от конфликтующих приказов девушка несколько секунд хлопала глазами, ничего не говоря. — Очнись! Сколько постояльцев?

— Пятеро! Всего пять персон высшего ранга защиты, — ответила Надежда.

— Быстро созывай их. Раз мегафон молчит, а света до сих пор нет — значит, что-то случилось, — проговорил я. — Нужно действовать самим, и главная задача — вызволить всех. Ты со мной⁈

— Да, да, я в норме, — ответила девушка, и я прекратил её трясти. Отошедшая от шока Наденька тут же подбежала к соседней с моей двери, забарабанив по ней кулачками. — Выходим, всё выходим! Опасность обрушения! Выходим в коридор!

— Есть кто живой? — спросил я, подбежав к следующей двери после комнаты парня. — Выходим в коридор! Срочная эвакуация. Строгонов, проверь комнаты, в которых был взрыв, вдруг там остался кто.

— После такого фугаса выживших не будет, — покачал головой Василий, но всё же шагнул в противоположную от меня сторону. Как раз вовремя.

Парня, который стоял напротив своей двери, отбросило к противоположной стене коридора, и я успел заметить, как из его спины вылетают фонтанчики крови. И только в следующую секунду, которую мозг растянул на пределе возможностей, я услышал грохот многоствольного пулемёта.

Слившиеся в один поток пули прошли сквозь парня навылет, а затем врезались в стену, змейкой метнувшись ко мне. Да так и зависли в прессе. Но если одиночную пулю и даже винтовочный выстрел я удерживал без особых проблем, то от продолжающейся пулемётной очереди запас праны в чакре «звука» резко пошёл вниз.

Я успел отпрыгнуть и вжаться в стену, выходя из сектора обстрела, до того как конструкт пал, и сотни пуль, словно горох, посыпались вниз. Остатки двери с грохотом вылетели прочь, и в коридор высунулось длинное зеркальное лицо шлема-коршуна с дополнительными углами обзора.