— А вы вообще имели право составлять этот документ? — Жуков окинул взглядом сидящего напротив мужчину, который не слишком был похож на юриста.

— Разумеется, — Игнат прищурился. — Евгений Фёдорович предупредил, что, скорее всего, вы зададите этот вопрос, чтобы попытаться оспорить правомерность сделки. — И он взял один из листов и положил её перед Жуковым. — Копия моей лицензии юриста, оформленная после окончания обучения. Заверенная имперской канцелярией.

— А…

— Копия завещания, заверенная имперской канцелярией. Договор о купле-продаже права на наследство, согласно этому завещанию, заверенный имперской канцелярией. Копия выписки из банка, об успешном получении бароном Куницыным оговорённых средств, и мой любимый момент, — Игнат положил перед адвокатом последнюю бумагу, — Копия отказа барона Куницына от претензий, если размер наследства окажется в итоге больше, чем сумма сделки.

— Почему вы думаете, что итоговая сумма окажется выше, чем заявленная стоимость? — промямлил Жуков.

— Депозитная ячейка, — любезно пояснил Игнат. — Ни мы, ни барон Куницын не знаем, что в ней находится.

— Да, ячейка, — Жуков смотрел на стопку бумаг, лихорадочно соображая, что же делать. В отличие от барончика, сидящий в кресле граф выглядел ничуть не хуже столичных хлыщей и даже в чём-то их превосходил. Одна пилка чего стоила. Бодаться с графской семьёй не хотелось. К тому же он не знал границ их влияния, да и возможностей не представлял себе.

— Полагаю, все формальности соблюдены? — Игнат кивнул на стопку бумаг. — Вы готовы приступить к оформлению всех полагающихся документов?

— Послушайте, господин…

— ПроРысев, — подсказал Игнат.

— Господин ПроРысев, полагаю, барон Куницын сказал вам: перед тем, как его сиятельство подписал бумаги, что за наследство предстоит побороться, — Жуков принял решение. Он не знал Рысева, скорее всего, граф из той же Сибири, что и Куницын. Просто учится в столичном учебном заведении и успел нахвататься столичных привычек у своих однокурсников. А значит, можно было попробовать пободаться. — Я как раз сегодня собираюсь предоставить бумаги с претензиями в суд.

— Барон Куницын нам сказал об этих затруднениях, — кивнул юрист, больше похожий на пирата. — И мы…

— Игнат, — негромко прервал его граф. ПроРысев тут же отодвинулся вместе со стулом в сторону, чтобы предоставить Евгению полноценный обзор. Граф тем временем поднял пилку и продемонстрировал её Жукову. На Дроздова он не смотрел. Создавалось впечатление, что его вообще не интересует сидящий рядом с адвокатом барон. — Мне однажды сказали, что этой пилкой можно убить человека восемью разными способами. Я нашёл все эти способы и даже придумал ещё один. Вы, случайно, не подскажете мне десятый способ? Люблю красивые числа, знаете ли. — И он так улыбнулся, что Жуков отпрянул от стола. В глазах графа при этом снова сверкнули жёлтые искры.